Ереван-Баку: Взгляд на карабахскую проблему

Original title:	Ереван-Баку: Взгляд на карабахскую проблему
Source:	Голос Армении (Коммунист) № 133(17316) from 1991-08-10

Агентства Арменпресс, Азеринформ и редакция газеты «Панорама Азербайджана» провели интервью, посвященные проблеме Карабаха, с постоянным представителем Республики Армения в Москве Феликсом МАМИКОНЯНОМ и полномочным представителем Азербайджанской республики в Москве Зауром РУСТАМ-ЗАДЕ.

Круг затронутых журналистами проблем широк и актуален. Ответы на вопросы достаточно откровенны и это обстоятельство придает публикуемому тексту особый интерес. Заинтересованный и непредвзятый читатель из ответов официальных лиц сумеет сделать нужные для себя выводы по сложному кругу проблем карабахского движения.

Постоянное представительство Совета Министров Республики Армения и Полномочное представительство Азербайджанской Республики в Москве предлагают вниманию читателей «РА» интервью с их руководителями. По взаимной договоренности, интервью сегодня публикуются также в «Независимой газете» и «Бакинском рабочем». Разумеется, здесь выражены две различные точки зрения. И все же такая акция демонстрирует возможность диалога, для начала хотя бы на газетной странице.

Вопрос: Четыре года трагедии принесли неисчислимые страдания обоим нашим народам, воздвигли стену вражды и отчуждения между ними. Как теперь, имея возможность обозреть печальные события этих лет, Вы оценили бы известную степанакертскую сессию 1987 года, положившую начало армяно-азербайджанскому конфликту?

Ф. Мамиконян: Вы, по-видимому, имеете в виду февральскую сессию 1988 года. На этой сессии, как вы хорошо знаете, областной Совет депутатов Нагорного Карабаха обратился к Верховным Советам Азербайджана, Армении и СССР с просьбой о включении НКАО в состав Армении.

Здесь я хотел бы подчеркнуть следующее. Во-первых, принадлежность Карабаха к Азербайджану армянское общественное мнение считает не итогом закономерных исторических процессов, а прямым следствием неконституционного решения партийного органа — Закавказского бюро большевистской партии — не имеющего ни юридического, ни морального права на решение такого вопроса. Это было сделано в угоду сиюминутным политическим интересам, и не случайно в течение нескольких дней были приняты противоположные решения. Дальнейшее конституционное закрепление этого положения не меняет сути дела, поскольку не учитывало волеизъявления народа и проводилось в условиях тоталитарного режима, для которого право есть камуфляж интересов власти. От наследия этого режима стараются решительно отмежеваться в обеих наших республиках. Здесь можно напомнить положение с прибалтийскими республиками, пребывание которых в СССР закреплено конституционно, но воспринимается большинством населения этих республик как результат политического сговора и агрессии.

Вторым важным обстоятельством является ущемление прав армянского населения Нагорного Карабаха. Отсутствие необходимой экономической и социальной инфраструктуры, фактический запрет на установление прямых культурных связей с Арменией, доходивший порой до абсурда — армянские дети не имели возможности знакомиться с историей собственного народа, смотреть телепередачи из Армении — воспринимаются как сознательная политика, направленная на вытеснение армян. И здесь вряд ли может утешить тот факт, что экономическое положение азербайджанского населения области тоже оставляло желать лучшего. Многие считают, что армянам в Карабахе была уготована судьба армян Нахичевани — другого автономного образования Азербайджана — где за два-три десятка лет не осталось армянского населения, которое покинуло свои родные земли и связывало свой исход, в первую очередь, с притеснениями и дискриминацией. Понятно, что карабахцев такая судьба не устраивает.

С этими доводами можно соглашаться или нет, но их нельзя игнорировать, поскольку в межнациональных отношениях иногда «тарелка клубники» может послужить источником кровавых драм.

Что касается самого решения, я хотел бы обратить внимание на одно важное обстоятельство — это было мирное волеизъявление, уповающее на конституционное решение вопроса. Думаю, что спокойное его обсуждение помогло бы разрешению многих накопившихся проблем. Но... Через несколько дней последовал Сумгаит, который вопрос перенес совсем в иную плоскость. К чему это привело, мы явственно видим сегодня.

Вопрос: Азербайджанский народ осудил Сумгаит, бакинские погромы, хотя всей правде о механизме этих событий еще предстоит открыться миру. Но в Армении не осудили ни Гугарка, ни Баганис Айрума, ни других злодеяний по отношению к азербайджанцам. Как, по-вашему, почему?

М. Ф.: Осуждение Сумгаита и бакинских погромов со стороны азербайджанской общественности не получило, по-видимому, должного резонанса в общественном мнении страны и практически осталось незамеченным. Более того, в Армении считают, что участники этих кровавых акций взяты под фактическое покровительство общества и государства, что и завело карабахский кризис в кровавый тупик. Меня, например, неприятно удивило, что никто, даже Президент страны, не счел нужным в годовщину кровавых событий в Баку помянуть хотя бы одного насмерть забитого армянина. Замечу, что все они были гражданами Азербайджана и своим многолетним трудом способствовали его процветанию.

Некоторые считают, что такое отношение к армянским погромам как бы служит формальным оправданием случаев насилия в Армении. Я не разделяю этой точки зрения и считаю, что насилие неприемлемо независимо от того где оно произошло и по отношению к кому — армянину или азербайджанцу, еврею или арабу. И думаю, что многие согласятся со мной.

Страна наша страдает тяжким нравственным недугом; и Сумгаит, и Чернобыль ярко высветили этот недуг. Сумгаит легализовал насилие в стране и узаконил беспредел. Потом пошли Фергана, Ош и целая вереница кровавых драм. И пока он не будет решительно осужден, мы обречены переживать его снова и снова. Незалеченная рана всегда смертельна для организма.

Вопрос: Армянская пресса внедряет в общественное сознание мысль, что корни конфликта произрастают исключительно из «волеизъявления» карабахских армян, что «метропольная» Армения к этому процессу была непричастна. Как в. русле подобных рассуждений Вы объяснили бы террор по отношению к Азербайджану со стороны боевиков, приходящих из Армении? Как подобная практика согласуется с принципами невмешательства суверенных республик во внутренние дела друг друга?

М. Ф.: Вопрос о корнях карабахского кризиса достаточно сложен и имеет несколько граней, и не случайно, что каждая из сторон считает себя единственно правильной и сетует на отсутствие«объективности.

На мой взгляд, корни этого конфликта заложены в нерешенном армянском вопросе. Армянский вопрос как вопрос о праве армян на автономию (неискушенному читателю можно привести в пример курдский вопрос) был одним из центральных вопросов европейской дипломатии конца прошлого — начала нынешнего века. Он является результатом естественного исторического развития национального самосознания армян, и европейские государства и Россия использовали его с целью оказания давления на Турцию, исходя из своих геополитических интересов. Вопрос этот, в который армяне оказались втянутыми сознательно или стихийно (историография это серьезно и не изучала), принес неисчислимые страдания армянскому народу и фактически определил его сегодняшнюю судьбу.

Первая мировая война подвела черту под определенным этапом развития европейской цивилизации, привела к распаду многих империй и образованию на их территории национальных государств. Такой процесс происходил и в Закавказье, где в результате распада Российской и Оттоманской империй среди других образовались и три республики — Грузия, Азербайджан и Армения. Неизбежный в таких случаях процесс национально-территориального размежевания всегда сопряжен с территориальными опорами, приводящими часто к кровавым конфликтам. Яркое тому свидетельство — события в сегодняшней Югославии, да и в нашей стране немало тому примеров.

Поражение Турции в первой мировой войне и уход России из Закавказья в результате революции создали в регионе условия для более или менее естественного процесса размежевания, который с течением времени мог бы привести к установлению взаимоприемлемых границ. Но история распорядилась иначе. Окончательная победа большевиков в России и кемалистов в Турции создали в Закавказье новую ситуацию. Наметились условия для альянса этих сил. Большевистское руководство, одержимое навязчивой идеей мировой революции, разочаровалось в революционном движении на Западе и обратило свои взоры на Восток. Идеологические клише легли в основу политических решений, о чем прекрасно написано у Герберта Уэллса, описавшего свои встречи с Лениным. Руководство Турции, в свою очередь, старалось предотвратить полный развал империи и заинтересовалось в союзниках, чутко уловило эту тенденцию и взяло на вооружение революционную фразеологию. Этот альянс, предопределил судьбу независимых закавказских республик и послужил причиной многих коллизий и кровавых драм, продолжающихся по сей день. Армения была неудобна для обеих сторон. Она не могла, забыть ужасов недавней резни и недостаточно прониклась идеями мировой революции. Судьба ее была предрешена. Истощенная и истерзанная Армения была объявлена империалистической державой, старающейся задушить своих могущественных соседей, каждый из которых превосходил ее по своим возможностям в десятки раз. Не здесь ли кроются сегодняшние обвинения Армении в агрессии? Ведь многие запущенные в двадцатые годы большевистские мифы продолжают туманить головы и по сей день.

Быстрая советизация Азербайджана и относительное упорство Армении в этом вопросе предопределили позиции последней в последующем разделении «закавказского пирога». Армения была расчленена и частично разделена между Турцией и Азербайджаном. Так, фактически, в руках Азербайджана оказались Нахичевань и Карабах. Даже вышедшие на авансцену коммунистические правители Армении не смогли воспрепятствовать этому. Установившаяся в стране диктатура на десятки лет заморозила существующее положение вещей и придала ему черты легитимности. Только ослабление имперского диктата снова сделало возможным его обсуждение.

Позиция Азербайджана в этом вопросе проста. Поскольку сегодня Карабах входит в его состав, изыскиваются все возможности доказать правомочность этого положения. Развитие событий привело к тому, что появилась возможность депортации армянского населения Карабаха, благо имеется поддержка все еще большевистского руководства страны. Для оправдания этих акций ведется пропагандистская работа, особенно в республике, призванная представить действия армян как вероломное посягательство на чужие земли. В стране, где еще не забыт завет незабвенного Иосифа Виссарионовича — «нет человека, нет проблемы» — такое решение вопроса мало кого удивляет или возмущает. Армяне Карабаха провозгласили свое желание воссоединиться с Арменией, считая, что это создаст для них наилучшие условия для их развития. Армения считает, что такое воссоединение помогло бы восстановить допущенную историческую несправедливость. Силовое давление на Карабах здесь считают возмутительным, и многие задаются вопросом, почему в некоторых регионах страны аналогичные процессы протекают более спокойно и без кровопролития. В частности, желание Татарстана стать фактически независимой от России не вызвало в последней кровопролитных эксцессов и желания любой ценой заставить ее вернуться.

Таковы, на мой взгляд, корни сегодняшнего конфликта и исходные позиции сторон. Необходимо найти в них точки соприкосновения и постараться исходить из них. Хватит ли у нас мужества и терпения на это?

Вопрос: От армянских журналистов, бывающих на пресс-конференциях в Постпредстве Азербайджана, мы часто слышим: в Армении предпринимаются усилия для ликвидации конфликта, поисков диалога с Азербайджаном. Между тем, до сих пор не отменено постановление Верховного Совета Армении — о «согласии» принять в свой состав НКАО. Как Вы полагаете, можно ли без отмены этого решения серьезно говорить о переговорах?

М. Ф.: Постановление это имеет свою предысторию, и единичный акт его отмены не будет гарантировать стабильность и поворот к лучшему. Сторонники этого постановления имеют свои доводы, с которыми можно и не согласиться, но от которых трудно отмахнуться. Последовавшие друг за другом армянские погромы и фактическое безразличие к ним со стороны властей республики поставили вопрос об обеспечении основных гражданских прав армянского населения Азербайджана. Ликвидация законных органов власти и продолжающаяся в средствах массовой информации антиармянская кампания, безразличие к этим проблемам центральных властей породили у проживающих в Карабахе армян чувство неуверенности и конституционной незащищенности, и они через своих полномочных представителей обратились к властям Армении с просьбой взять их под свою юридическую защиту. Обозначившаяся к этому времени жесткая конфронтация между Азербайджаном и Арменией и полная неспособность центральных властей решить существующие проблемы и привели к появлению на свет этого постановления.

Отмена этого постановления без устранения породивших его причин мало что даст. Первым шагом, на наш взгляд, должно быть восстановление законно избранных органов власти. Следующим шагом нужно наложить вето на все принятые после февраля 1988 года решения.

Что касается усилий Армении по ликвидации конфликта, замечу, что усилия Армении в этом направлении не только не были поддержаны, но и не были своевременно доведены до сведения общественных и не стали предметом его обсуждения.

Вопрос: Как Вы относитесь к идее возврата беженцев — и азербайджанцев, и армян — на места проживания до 1987 года?

М. Ф.: Я сторонник принципа свободы выбора местожительства и всякое его ограничение в виде всевозможных паспортных режимов считаю недопустимым. Очень хотел бы, чтобы эта основополагающая демократическая норма была, наконец, воплощена и в нашей стране.

Что касается конкретно идеи возврата беженцев, она может быть реально рассмотрена только тогда, когда мы сможем остановить поток новых беженцев. Хочу отметить новое тревожное явление в этой области. Если раньше беженцы-армяне появлялись в результате погромов толпы в Сумгаите, Баку и других городах, то сейчас они появляются в результате политики насильственной депортации, проводимой государством с использованием всего аппарата насилия. Только с мая этого года из Азербайджана насильно депортировано несколько тысяч армян. Так что, в первую очередь, необходимо остановить этот процесс, а потом вернуться к идее возврата азербайджанцев и армян на места их проживания.

Вопрос: Внутриполитическая ситуация в Армении, как можно судить, непроста. Как, по-Вашему, оппозиция по отношению к Л. Тер-Петросяну со стороны приверженцев линии Паруйра Айрикяна или активизация недавно официально «легализованной» в Армении дашнакской партии воздействует на «карабахский вопрос»?

М. Ф.: Я думаю, она скорее непривычна, чем непроста. Мы настолько свыклись с показным монолитом власти, что разномыслие в верхних эшелонах воспринимаем как крушение устоев. Демократизация жизни воспитанного на принципах тоталитаризма общества, конечно же, процесс трудный и вряд ли возможен без издержек. Но именно с ее помощью и можно создать механизмы, позволяющие блокировать ошибки, проистекающие на синдроме непогрешимости власти. К слову, может быть, именно отсутствие демократических процедур принятия решений породило афганскую авантюру и предопределило ее затяжной и кровопролитный характер. Так что наличие нескольких реальных политических сил для нас не только приемлемо, но и желательно. Мы оцениваем это скорее как стабилизирующий фактор.

Понимаю ваш глубокомысленный намек, связанный с партией Дашнактутюн. Несмотря на все усилия гласности, мы часто не можем избавиться от идеологизированных оценок политических противников большевиков. Дашнаков постигла та же участь, что и их идеологических собратьев — меньшевиков, эсеров и другие течения левого толка. Однако ясно, что проповедующая социал-демократические идеалы и имеющая немалые заслуги в возрождении армянской государственности партия не может не иметь сегодня приверженцев в Армении. Как, впрочем, и партия Мусават в Азербайджане.

Вопрос: Как отразилось бы на политическом рейтинге реноме бывших активистов «Крунка» и «Карабаха», сделавших карьеры на «проблеме НКАО», если бы они сегодня стали призывать отказаться от территориальных притязаний Армении к Азербайджану?

М. Ф.: Что касается карьеры, то я боюсь, что ваш вопрос спровоцирует ответную дерзость и кто-нибудь из армянских журналистов напишет, что азербайджанское руководство сделало карьеру на народном горе, поскольку пришло к власти в результате ввода армейских подразделений в Баку в январе 1990 года. Так что пусть каждый народ решает сам, кого выбирать и за какие заслуги.

Что же касается территориальных притязаний, то в ответ можно порассуждать об аннексии и агрессии против собственного населений и продолжить тот диалог слепого с глухим, который вот уже более трех лет идет на страницах газет.

Я бы воздержался от соблазна таких вопросов и за основу взял бы одно из первых заявлений нового армянского руководства о бессмысленности продолжения конфронтации и предложений начала переговоров.

Вопрос: Из Ваших недавних рассуждений в газете «Труд» выходило, что и убийство армянскими боевиками азербайджанской журналистки Салатын Аскеровой, и многие другие теракты — это как бы инсценировки азербайджанцев. Настаиваете ли Вы и сегодня на этой своей позиции?

М. Ф.: Из моего письма в редакцию газеты «Труд», которое вы изволили назвать рассуждениями, совершенно не следовало, что убийство Салатын Аскеровой и ее спутников — инсценировка самих азербайджанцев. Я даже удивлен, что мои слова могут быть так интерпретированы. Напомню их — «средства массовой информации подхватили услужливо подброшенную версию о тех же армянских «боевиках», не задумываясь над тем, что совершившие эти злодеяния люди пока не обнаружены». Я и сейчас настаиваю, что понятие «презумпция невиновности» это не пустая абстракция — и последовательное его применение позволило бы снизить накал конфронтации.

Жаль, что вам не приглянулись мои другие слова из того же текста — «любые проблемы необходимо и возможно решить путем переговоров».

Вопрос: Каким Вам видится выход из конфликта?

М. Ф.: Надеюсь, что наметились первые признаки выхода из конфликта. Появилось, кажется, желание вести диалог не автоматными очередями, а за столом переговоров.

В связи с этим хотел бы подчеркнуть два обстоятельства. Я уже отметил, что истоки карабахского конфликта надо искать в действиях большевистских властей, которые в свое время своевольно распорядились судьбой десятков тысяч людей и не хотят признавать своей вины и своей ответственности. Явная военная поддержка одной из конфликтующих сторон сегодня еще раз подтверждает это. Уходя от своей ответственности, Центр все время искажает суть событий и старается представить дело как межэтнический конфликт. Тем самым он вводит в заблуждение общественное мнение не только в стране, но и во всем мире. Бели мы примем эту точку зрения, мы обречены на неудачу, поскольку будем лечить одну болезнь вместо другой.

Наиболее перспективными я считаю переговоры с Россией, как естественной правопреемницы Центра во взаимоотношениях с народами, вольно или невольно связавшими свою судьбу с ней. Это налагает огромную ответственность на Россию, и последние переговоры с Литвой показывают, что она понимает возложенную на нее историей великую миссию.

Как мы сумеем разрешить этот конфликт, зависит не только наше будущее. Мир сегодня предельно взаимосвязан, и благополучие малых народов есть необходимое условие безопасности больших.

Хочу отметить, что эти переговоры определят судьбы наших народов на многие десятки лет вперед. В связи с этим я хотел бы спросить, почему карабахский юноша берет автомат в руки и идет защищать свою деревню? Не потому ли, что ему упорно стараются внушить, что она не принадлежит ему? Что нужно для того, чтобы живущий на этой земле армянин или азербайджанец чувствовал себя ее хозяином. Я думаю, этот вопрос волнует сегодня не только нас.

Нам всем нужно иметь мужество честно взглянуть в глаза нашей истории и беспристрастно определить зло, которое нам причинили, и мучения, на которые мы обрекли других. От того сделаем ли мы это, зависит наше будущее и будущее наших детей.

ВОПРОСЫ АГЕНТСТВА АРМЕНПРЕСС ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ АЗЕРБАЙДЖАНСКОЙ РЕСПУБЛИКИ В МОСКВЕ ЗАУРУ РУСТАМ-ЗАДЕ

Вопрос: — Все, что происходит сейчас на территории НКАО и в Шаумяновского районе Азербайджанской Республики рассматривается в Армении как террор в отношении армянского народа. Что Вы думаете по этому поводу? Потому, что на сегодняшний день депортировано более 5 тыс. жителей.

Ответ: — Прежде всего хотел бы сказать вот о чем. Еще недавно армянские журналисты далеко стороной обходили азербайджанское представительство. А в последнее время они активно участвуют в наших пресс-конференциях. Стало возможным и наше интервью. Я расцениваю это как факт позитивный.

Может быть, мои ответы на ваши вопросы и будут в свойственной ей манере прокомментированы в вашей прессе, но возможность прямого диалога все равно предпочтительнее пикировки в режиме инкогнито.

Теперь хотел бы внести ясность в вопрос топонимический. Шаумяновского района в Азербайджане не существует, есть Геранбойский. Этим возвращением к коренному названию восстановлена историческая справедливость. Так эта часть азербайджанской земли называлась веками, пока после 20-х годов текущего столетия не начался психоз массовых переименований населенных пунктов в честь большевистских вождей. С именем же Степана Шаумяна, как и с именем его товарища Сталина, в исторической памяти азербайджанского народа связано много зловещих страниц, связаны практика и наследие тоталитаризма, с которыми столь решительно сегодня стремятся проститься и в вашей республике.

Обратимся теперь к тому, что интересует вас. Повторяю вашу трактовку о «терроре в отношении армянского народа». Удивительна, все-таки, неспособность критически или хотя бы объективно взглянуть на себя, а не искать бесконечно врагов в соседнем дворе, на соседней улице, в соседней республике. Нынешнее обострение ситуации в Геранбое, в других местах нашего, увы, давно фронтового региона, связано как раз-таки с террором по отношению к азербайджанскому народу. Террору, который начался с 1987 года, а особо устрашающие масштабы принял в последние два года, когда на азербайджанских землях начали безнаказанно хозяйничать боевики, которых в Армении иные почитают едва ли не как героев.

Тут вроде бы самое место призвать в доказательство печальную статистику, сказать о Гугарке, о дотла сожженном Баганис Айруме, где не щадили даже грудных младенцев, о сотнях других фактов; от которых стынет кровь в жилах. И услышать в ответ про Сумгаит, бакинские погромы — и завершить разговор в точке абсолютной тупиковой глухоты, неприемлющей чужого мнения ненависти.

А хочется, все-таки, диалога, Хочется услышать друг друга. Когда-то это у нас получалось.

Хочется спросить об авторах нынешнего кошмара. Четыре года льется кровь, сотни тысяч беженцев с обеих сторон, сотни тысяч разбитых судеб, трагедий. В то время как те, кто с холодным сердцем разыгрывал «карабахскую карту», спокойно живут в своих домах, а многие сделали политическую карьеру и даже восседают в армянском парламенте. Я порой думаю о совершенно невозможном: если б даже Армения и сумела бы отхватить кусок чужой земли — что, стоило это столькой крови? Кто ответит за безвинные жертвы, с кого спросится за этот грех? Нельзя говорить о происходящем сегодня в отрыве от корней, истоков печального развития этого конфликта — сегодняшний день, увы, был детерминирован еще четыре года назад. Так оцениваем ситуацию мы.

Вопрос: — Почему, на Ваш взгляд, каждый раз после определенных обещаний президента Муталибова о защите прав граждан, проживающих в НКАО, следуют широкомасштабные акции против. армянского населения?

Ответ: — В вашей постановке вопроса содержится подтекст, который необходимо выявить и прояснить. По-вашему, получается, что обещания нашего президента как бы усыпляли общественное мнение, чтобы потом вероломно проводить какие-то акции. Эта позиция абсолютно неприемлема, ибо противоречит истинному положению вещей.

Вопреки бытующим у вас толкованиям, под защитой прав граждан НКАО мы понимаем защиту прав всех жителей области — и азербайджанцев, и армян. Можно цифрами и фактами доказать, что десятилетиями ущемлялись права именно азербайджанского населения НКАО, взгляните хотя бы на ужасающее состояния азербайджанских сел области. Есть просто вопиющие факты дискриминационной политики в отношении азербайджанцев со стороны бывшего армянского руководства области. И давайте все-таки не забывать, что первыми жертвами, карабахской авантюры были азербайджанцы в Аскеране, первыми беженцами — 18 тысяч азербайджанцев из Степанакерта, со своей, то есть, земли. И ничего, страна и мир не содрогнулись, почин был сделан, потом настанет черед сотен тысяч, беженцев с обеих сторон. Думая о сегодняшнем дне, как можно не брать во внимание эту кровоточащую хронику?

Что касается все-таки прав армянского населения НКАО, то мы до сих пор не можем получить вразумительного ответа на вопрос относительно конкретных нарушений в отношении армян. Но речь должна идти именно о конкретике, а не о бездоказательной митинговой пропаганде с акцентом на «волеизъявление» и «самоопределение», при полнейшем игнорировании волеизъявления азербайджанцев, которые, конечно, не могли согласиться с тем, что вдруг должны стать изгоями на своей земле. Хорошо известно, что цифры показателей социально-экочомнческого развития этой автономной области Азербайджана превосходили такие же показатели обеих республик. И как вообще меньшие числом азербайджанцы области могли притеснять количественно преобладающих армян при почти стопроцентном армянском партийно-хозяйственном руководстве? Ну хорошо, предположим вследствие недочетов бывшего руководства Азербайджана в НКАО не было вовремя построено сколько-то домов, иных объектов и т. д. Но отчего же не захотело руководство области осваивать те полмиллиарда рублей, которые были выделены на развитие социально-экономической сферы НКАО? Не потому ли, что тогда стало бы очевидным, что вполне возможно мирное урегулирование возникающих проблем. Но мирный процесс как раз-таки никак не устраивал идеологов «карабахской проблемы». При мирном процессе стали бы попросту невозможны многие политические карьеры в Армении, взросшие на дрожжах искусственно и искусно подогреваемого карабахского психоза.

Всем этим я вовсе не хочу сказать, что никаких проблем в области не существовало. Но то были экономические и прочие проблемы, характерные для всей страны, дошедшей к 1987 году до предкризисной черты, причины чего слишком хорошо известны, чтобы имело смысл их перечислять.

А позиция Азербайджана, его руководства относительно прав граждан НКАО была и остается недвусмысленной; права должны быть гарантированы всем. Но сегодня для этого нужно, чтобы на этой измученной земле перестали бесчинствовать отряды до зубов вооруженных «гостей» из Армении, чтобы был, наконец, объявлен мир, для чего должны быть, безусловно, сняты антиконституционные территориальные притязания к Азербайджану.

Вопрос: — Вы знаете о тех усилиях которые проявляются на данный момент полномочными представителями от НКАО и руководства Армении, направленные на поиски путей политического решения проблемы НКАО и стабилизации политической обстановки в регионе?

Ответ: — Мне трудно что-либо конкретно сказать о называемых вами «усилиях» и «поисках». Сколько можно судить со стороны, сегодня непроста внутриполитическая ситуация в самой Армении, существует разброс мнений и о ситуации в НКАО, раздаются, кажется, и здравые суждения. Но как можно всерьез обсуждать упомянутые вами «усилия» и «поиски», если и сегодня еще армянский парламент не отменил постановления Верховного Совета Армении о «принятии в свой состав» НКАО? Как можно говорить о стремлении армянской стороны к стабилизации, если даже в среде вашей интеллигенции все еще с прежней непреклонностью звучат голоса «стального» тембра. И это после всех ужасов четырехлетнего бессмысленного конфликта. Мне, например, больно было прочесть в «Голосе Армении» от 2 июля с. г. слова прекрасного артиста Соса Саркисяна о том, что, «Отказаться от борьбы за Арцах, Нахичеван, от Западной Армении — это значит убить все армянство». Конечно, мнение артиста — это только личное его мнение, и хочется думать, что армянская интеллигенция еще предпримет миротворческие шаги для урегулирования затянувшегося конфликта. Но как, по-вашему, на подобные заявления реагирует Азербайджан, которому таким «неотказом» сулят долгую войну? Как подобное, отзывается в чувствах простых азербайджанцев, прекрасно знающих, что территория республики после 1920-х годов с почти 115 тыс. кв. км «усохла» до 86 тыс. кв. км? На 20 процентов. Не хочет азербайджанский народ больше «дарить» своих земель кому бы то ни было, понимаете? Но азербайджанский народ всегда щедро делился с другими народами плодами своей земли, что могли бы засвидетельствовать и честные представители многих поколений армян. Надо научиться смотреть на жизнь с позицнй и другого народа, хотя бы попытаться прочувствовать его боль, понять его точку зрения.

Вопрос: — Не считаете ли Вы последние акции в Шаумяновском районе и селах Геташен и Мартунашен как фактор сдерживания процесса нормализации, и все-таки кто же организатор убийств и боевых действий против населения этих деревень?

Ответ: — Полагаю, что этот вопрос стоило бы адресовать тем в вашей республике, кто засылал в Азербайджан — в Чайкенд, Гарабулаг, другие села в НКАО и прилегающие к ней районы боевиков, вдохновляя террор против мирного населения азербайджанских деревень. От действий бандформирований страдали и жители армянских сел: их заставляли содержать непрошеных гостей, их, по-сути, превратили в заложников, потому что насилие рождает ответную реакцию, ненависть рождает ненависть.

Нормальному человеку невозможно радоваться любой насильственной акции. Но я вновь вынужден сказать, что нельзя, говоря о сегодняшних событиях, отсекать от них все предыдущие фазы конфликта. При таком подходе ситуация не прояснится. Ну вот простейший вопрос, почти наивный: почему не было необходимости в проверке паспортного режима в том же Чайкенде четыре года, еще два года назад? И столь же прост ответ: тогда здесь еще не было такого количества совершению разнуздавшихся от безнаказанности армянских боевиков. Вышел Указ Президента СССР о разоружении незаконных формирований, который так долго ждали все, кому дороги мир и спокойствие в стране, и нисколько не остудил преступного пыла банд, потому что так же долго пришлось ждать реализации Указа. А боевики все шли и шли с территории Армении, где в это время произносились хорошие слова о демократии и правах человека. А азербайджанцев продолжали убивать на азербайджанской земле. Дело дошло до серии мощных ракетных залпов по Шуше. Так что я не очень понимаю, что вы имеете в виду, говоря о «процессе нормализации». Для нас норма — это когда не стреляют, дают возможность людям спокойно жить. В Армении не было и нет ни одного азербайджанца с оружием. Почему же руководство вашей республики, желающее, как вы говорите, нормализации, не предпримет мер, чтобы убрать с территории соседней суверенной республики свои вооруженные формирования? Тогда и можно начинать всерьез говорить о нормализации, когда землю Азербайджана покинет последний армянский боевик.

Вопрос: — Сейчас происходит депортация армянского населения, которая предваряется проверкой паспортного режима. Как Вы думаете, когда будут приостановлены эти процессы? И когда армянин в Карабахе не будет бояться, что и его могут убить, т. е. он не будет вооружаться?

Ответ: — То, что вы называете «депортацией», следовало бы назвать переселением, но я понимаю, что «депортация» для пропагандистского треска выгодней. Но шум и треск — это не синонимы правды. И ничего веселого в переселении армян из наших мест нет. Но и понять можно этих людей, страдальцев чужой и жестокой политической игры. Конечно, их жизнь тоже стала невыносимой, им тоже хочется обрести, наконец, хоть какое-то спокойствие. Мне искренне жаль этих людей, как и всех других невольных жертв конфликта.

Что же касается жесткой риторики заключительной части вашего вопроса, то и я спрошу: когда, по-вашему, азербайджанец в Карабахе, на земле своих отцов и дедов, не будет бояться, что его убьют?

Вопрос: — Все-таки есть ли, на Ваш взгляд, нарушение прав армянского населения в НКАО и что Вы думаете в связи с этим о рекомендации экспертов Международного Сахаровского конгресса?

Ответ: — Я уже говорил выше, что необходима гарантия прав всех без исключения жителей любого региона. О рекомендациях участников Сахаровского конгресса хотел бы сказать следующее. Можно приветствовать любые инициативы, направленные на миротворчество и учитывающие интересы всех. И меня, в смысле объективности, все-таки больше бы устроила совершенно независимая комиссия ООН или любая иная международная, которая была бы свободна от вулканического воздействия Елены Боннэр. Поразительной, все-таки, энергии человек! Даже вечер памяти Андрея Дмитриевича, когда играли Ростропович, оркестр Спивакова, она сумела превратить в почти митинг на тему армяно-азербайджанского конфликта.

Но, относясь с уважением и вниманием к рекомендациям международных организаций, я все-таки считаю, что свои проблемы мы должны решать сами. И еще я полагаю, что не за горами время, когда независимые, беспристрастные политологи скрупулезно, шаг за шагом проанализируют весь ход событий этого конфликта, определят роль, меру участия, вины и Центра, и нечистоплотных политиканов, и всяких иных деструктивных сил, и ангажированных журналистов — и мир узнает всю правду о закулисной игре, ввергшей в бездну страданий два веками рядом живущих народа.

Вопрос: — И что Вы могли бы добавить без моего вопроса? В чем же выход — на Ваш взгляд? Почему все-таки в настоящее время не удается восстановить Советскую власть в НКАО?

Ответ: — На три последних ваших вопроса я бы дал один ответ. Я бы хотел сказать, что ни о чем сейчас не мечтаю больше, чем о мире для Карабаха, для азербайджанского и армянского народов. Считаю, что для этого прежде всего надо вернуться к статус-кво 1987 года, снять какие-либо территориальные притязания к Азербайджану. И повторяюсь, с нашей земли должны быть немедленно выведены все боевики до последнего. Тогда можно было бы говорить и о восстановлении «Советской власти» в НКАО, и о других проблемах, причем говорить в плане конкретной деятельности, а не ангажированной политической риторики. И по-видимому, медленно, с очень непростыми усилиями с обеих сторон начать разгребать завалы вражды и отчуждения между двумя народами, которым самой исторической судьбой определено жить рядом друг с другом.