Что напишут в свидетельстве о рождении Эрны
| Original title: | Что напишут в свидетельстве о рождении Эрны. (О сегодняшнем и завтрашнем дне Tигранашена) |
| Author: | Фарманян Тигран |
| Source: | Республика Армения № 12 (12) from 1990-10-24 |
От магистрали видна вертикальная стена ущелья и багряный куст шиповника в ней. Стрелка указателя маршрута Ереван — Ехегнадзор указывает направо — там Тигранашен (бывший Кярки). Я ехал туда с каким-то особым чувством. Это объяснялось и январскими боями, и тем, что здесь обосновалось несколько десятков семей, чудом спасшихся из «братского» Азербайджана, и тем, что я увидел там в этот осенний день.
Первое, что увидел, был магазин. Вернее, приспособление под магазин. Алик из Знаберда, прежде — садовод, потом воин, а теперь воин-продавец. Чуть поодаль, под раскидистой орешиной — кучка людей. Откуда-то доносятся петушиные голоса, собачий лай. Бабушка зовет домой внука. Под деревом шепчутся две кумушки. Тихо переговариваются сидящие на лавке пожилые женщины.
Мирная, светлая осень в Тигранашене. В начале сентября состоялось «открытие» села. Оно было освящено по-христиански. Зазвенел звонок в отремонтированной школе, и дети начальных классов начали свои уроки с ай-бена. Учительница приходит из поселка Севак, туда же, в школу, идут дети Тигранашена, которые постарше. Тогда же появился на свет первенец Тигранашена — Эрна. С Сергеем Акопяном, одним из руководителей общины, пошли поздравлять родных с рождением девочки. По дороге завернули в первый же попавшийся двор, хозяйка нарвала цветов и буквально вытолкнула нас, когда я полез в карман.
Малышка спала. Когда мы заговорили о крещении, бабушка вздохнула: «Мы тоже не крещеные. Пока не примем крещения, детей не покрестим». Будем надеяться, что с крещением малышка получит другое имя. Тем более, что (я так и забыл спросить) у Эрны, по-видимому нет свидетельства о рождении, во всяком случае неизвестно, что там написано о месте рождения.
Сергей Акопян: — Цветочную теплицу снес. Посадил огурцы-помидоры. Сейчас не время цветов. Нам сейчас хлеб нужен. Надо встать на ноги. Жизнь научила нас быть готовыми ко всему. Я еще не очухался от «братских» объятий — их следы на груди и затылке моем. Часто болит. Но это не физическая боль, душа болит, когда вспомню мою наивность, доверчивость, заблуждение. Я и земледельцем могу стать. И в военном деле смыслю. А там, говорят, проблема — найти приличного портного.
Роза Галстян глава общины — деловая и энергичная женщина. Любит и берет на себя ответственность. Тем более, что у нее крепкая спина — Татул Арутюнян из Арарата. Во время боев он был связным на позициях. Потом он женился на Розе и остался здесь. Село постепенно стягивается к домику-конторе. Худой и длинный, с такими же усами, мужчина в летах угощает всех плодами боярышника: «Очень вкусно Внизу их много...»
Таков поверхностный взгляд на Тигранашен и его жителей, взгляд влюбленного, каким я смотрел. Но жизнь, особенно наша и особенно теперь — отнюдь не идиллия.
Надо любить Тигранашен и тигранашенцев. А когда любишь, а не влюблен, тогда спадают розовые очки, все представляется в реальном свете — село со своими трудностями, проблемами, заботами.
Жители здесь не держат живности. Потому что не знают, что ждет их в будущем. Страха нет, но есть осторожность. Держат только кур — с ними нет проблем.
Сергей Акопян: — На носу зима, а топлива нет. Нет дров, угля. Вся надежда на случайных людей, но у нас нет денег. Нет таких денег. Чтобы привести в порядок дома, нужны цемент и штукатурка, краски, доски, нужно стекло.
Арус-майрик: — Нет газет, сынок. И радио нет. Во всей деревне один-два телевизора. Вести доходят до нас от разных людей, и все они что-то от себя или добавят, или убавят. А мы хотим знать настоящую правду.
Женщина рядом с ней: — Раньше хоть ходили на развилку, водители останавливались, а теперь они на нас вообще не смотрят. Хоть бы советашенский автобус по утрам и вечерам ходил или имел бы постоянную остановку на перекрестке.
Роза Галстян: — Телефон, и того нет во всей деревне. Слава богу, хоть хлебный кооператив мы открыли. В Веди прошу муки — не дают, говорят, нет ее. А я-то знаю, что есть. Газовые плиты обещали. До сих пор из 55 семей их не имеют 35. Иду в райпотребсоюз — отсылают к председателю исполкома. Иду к нему, говорит — село не наше. А чье же. спрашиваю? Такое отношение не сломит меня. Но это оскорбительно. Пойду и завтра, и послезавтра, каждый день буду ходить. Нет, денег за это не получаю, но буду ходить. В нашей деревне ведь остались те, которые не покинут его, будут жить здесь, вот для них я и стараюсь.
Татул Арутюнян: — Село начали заселять с 27 января 29-го, в понедельник, можно сказать, оно родилось. На протяжении всего этого времени районные советские власти ничем не помогли. Раньше если хоть что-то и делали, то благодаря непосредственному надзору со стороны бывшего первого секретаря Акопяна. После него началась бюрократическая волокита в самом ее классическом варианте: из кабинета в кабинет, из приемной в приемную, от справки к справке.
Роза Галстян: — Не быть нашей деревне, если б не Гагик Нерсисян, Вазген Саркисян, Алексан Акопян, Хачик Стамболцян и еще другие. Я понимаю, что они сейчас заняты более масштабными вопросами. Но ведь судьба этих вопросов, судьба Тигранашена зависит и от судьбы маленькой кучки его жителей!
СУДЬБА ТИГРАНАШЕНА
В этом основная задача. И ее необходимо решить, так как все вопросы, о которых шла речь,—производные этой основной проблемы. А она в том, что Тигранашен, фактически, арцахский Шаумян — Геташен в миниатюре, с той лишь разницей, что первый находится в Армении, и угроза физического уничтожения над ним не висит. Формально тигранашенцы были насильно согнаны из Баку и Знаберда Нахичеванской АССР в другой район внутри той же республики (до последних событий Кярки находился в административном подчинении Аз.ССР). В данном случае мы имеем факт внутриреспубликанской миграции. Тигранашенцы готовы обменять свои теперешние дома на прежние квартиры, но противопололжная сторона не идет на это. аргументируя тем, что де в Баку нет условий для содержания овец, и там нечем занять бывших кяркинцев.
С другой стороны, Москва и Баку пытаются как-то приравнять Шаумян — Геташен к этой маленькой деревушке. Президент его теперь называет «поселком Кярки», скоро «Время» и «Правда» превратят его, наверное, в «большой город».
Но по принятии Закона о гражданстве Республики Армения все тигранашенцы, видимо, станут ее полноправными гражданами. Вполне вероятно, что подобный закон будет принят и Азербайджаном с непременной целью противопоставить его нашему.
А до того, как настанет этот день, до того, как начнутся противодействие или переговоры, надо делом помочь Тигранашену и его жителям. Ведь общеизвестно, что хозяином земли является тот, кто живет на ней.
А что напишут в графе о месте рождения малышки Эрны, покажет время и наше отношение к этой проблеме.
Тигран ФАРМАНЯН.
Р.S. У нас имеется достаточное количество дополнительных фактов и предложений, касающихся проблемы села Тигранашен. Но мы находим их публикацию пока преждневременной.
Их время еще придет...
