Русские солдаты не должны стать жертвами Карабаха

Original title:	Русские солдаты не должны стать жертвами Карабаха
Author:	Лиханова Татьяна
Rubric:	Взгляд со сторорны
Source:	Республика Армения № 58 – (100) from 1991-03-20
Original source:	«Час пик» № 6. 1991 г.

Военная диктатура в отдельно взятой автономной области безраздельно властвует уже два с половиной года. Речь — о Нагорном Карабахе.

Если соотнести население области с количественным составом дислоцированных в НКАО войск, получим в среднем одного военнослужащего на 30 местных жителей. Представьте, что в Питер вошло двухсоттысячное, хорошо вооруженное, оснащенное бронетехникой войско. Вам станет ясно, насколько уютно можно ощущать себя в такой обстановке.

Единственным и полновластным хозяином в условиях чрезвычайного положения становится комендант. Он может все — прекратить работу местного радиотелецентра, запретить вывозить за пределы области единственную оставленную в живых газету (хотя все публикуемые в ней материалы проходят через цензуру политорганов комендатуры), отключить служебные и домашние телефоны, сославшись на использование этих нехитрых аппаратов для разжигания межнациональной розни. Может приказать схватить депутатов Верховного Совета Армении, прятать их по тюрьмам и выдать только по личному указанию президента СССР. Может выгнать представителей Европарламента.

Особняк бывшего местного диктатора Кеворкова, недолго побыв детским санаторием, стал резиденцией нового хозяина, охраняемой ротой спецназа.

После того, как азербайджанцы «выгнали» из Шуши военный госпиталь, степанакертцы добровольно предоставили ему диагностический центр. Этого показалось мало: военные самовольно заняли общежитие и половину учебного корпуса мединститута, дом политпросвещения переданный решением Комитета особого управления, единственную в городе гостиницу. «Экспроприация» происходила в переполненной беженцами областной столице, испытывавшей острую нужду в помещениях.

Одной из самых горячих точек Карабаха остается Бердадзор — комплекс из пяти армянских сел, где живут около 500 человек, окруженный азербайджанскими городками и деревнями с 80-тысячным населением. Сегодня армян Карабаха и Армении разделяет лишь семикилометровый участок Бердадзор — Лачин — Горис. В том случае, если бердадзорцы вынуждены будут покинуть свои дома, расстояние до ближайших армянонаселенных пунктов увеличится в шесть раз. Регулярные поджоги, угоны скота, массированные обстрелы, захват заложников делают эту печальную перспективу вполне реальной.

В последние полгода боевики, влившиеся в азербайджанский ОМОН, активно и вполне официально внедряются в НКАО. Они вооружены автоматами (у местной армянской милиции осенью 1989 года по указанию МВД СССР были изъяты все имеющиеся автоматы и переданы руководством МВД Азербайджана шушинской милиции).

Омоновцы получают регулярную поддержку от советских внутренних войск — многие операции проводятся объединенными силами. Так было и при нападении на бердадзорские села и в конце ноября 1990 г. — «Р.А.»), когда одетые в военную, форму азербайджанцы убили и сожгли 83-летнюю женщину и 60-летнего мужчину. А «спецназовцы» под видом проверки паспортного режима и поиска оружия учинили в Бердадзоре разбой избили местных жителей, председателя сельсовета — он попал в областную больницу. Часть солдат, вынужденных принимать участие в этой акции, руководимой полковником Кузнецовым и майором Михальчуком, обратилась с рапортом, в котором доложила о бесчинствах и мародерстве.

Военнослужащие, которым командиры прививают вкус к подобного рода бесчинствам, уже научились делать на этом свой бизнес: они могут предложить аппаратуру, украшения или барана — всего за 15 рублей. Госимущество распродается по договорным ценам: бензин — по 2 рубля за литр, патрон к «калашникову» — 3 рубля.

Работники местных почтовых отделений перестали удивляться, принимая от солдат крупные денежные переводы домой. Как правило, наибольший всплекс сыновней заботы случается после очередного «шмона».

Регулярные проверки паспортного режима сопровождаются избиениями и издевательствами: людей по нескольку часов кряду застав ляют стоять, упершись расставленными ладонями в стену, ноги на ширине плеч, малейшее движение — удар прикладом. Любого могут схватить средь бела дня на улице и отправить в «фильтрационный пункт».

В октябре минувшего года пьяные офицеры открыли стрельбу по домам Степанакерта. Местная милиция вместе с горожанами задержала их, разоружила, составила акт. Жилые кварталы Степанакерта подверглись обстрелу 3 января, 26 апреля, 24 мая 1990 года. Имеются убитые и раненые.

Трудно найти этому хоть какое-то объяснение. Межнациональных. конфликтов в однородно заселенной армянской столице области нет и быть не может, не было и нападений на воинские части. Пока не было.

— Боюсь, если так и дальше будут развиваться события, мы не сможем удержать людей от нападения на военных с целью захвата оружия, — говорит депутат Верховного Совета Армении от НКАО Р. Петросян. — Им надо чем-то защищаться. Мы не хотим, чтобы пострадали ваши русские ребята. Надо срочно выводить войска. Они не виноваты в том, что из них сделали оккупантов, что политорганы настраивают против местного населения, озлобляют. Какими они вернутся в Россию?

— Создается напряженная, антигуманная обстановка. Среди военнослужащих участились случаи самоубийства, — рассказал зав. хирургическим отделением областной больницы. В. Марутян.— Не так давно один солдат застрелился в здании обкома, где располагается комендатура. В части, стоящей в Степанакерте, офицер пристрелил солдата. Пуля вошла в затылок, уже мертвым его привезли в больницу... Очень высокий травматизм. В сентябре лишь за один день — авария двух БТРов со смертельными исходами, тяжелыми ранениями. Родители ребят получат похоронки. Откуда? Из Нагорного Карабаха. Опять армяне будут виноваты...

Среди военных, несущих свою службу в НКАО, растут недовольство, несогласие с уготованной им миссией.

Из обращения комитета «ОФИЦЕРЫ ЗА ПЕРЕСТРОЙКУ»: «В среде личного состава в последнее время стало созревать понимание преступности, действий комендатуры района чрезвычайного положения. Участились случаи отказа солдат и сержантов выполнять противозаконные приказы. В день приезда в автономную область А. Муталибова солдаты отказались разгонять мирных жителей на улицах Степанакерта. Группой солдат была объявлена голодовка».

Дислоцированные в Карабахе войска сменяют через трипять месяцев: видимо, опасаясь, что жизнь может научить ребят тому, чему не научит замполит.

Татьяна ЛИХАНОВА. «Час пик» № 6. 1991 г.

г. Степанакерт.