Район тревоги нашей

Original title:	Район тревоги нашей
Author:	Егиазарян А.
Rubric:	Репортаж в номер
Source:	Голос Армении (Коммунист) from 1990-02-28

ГЕТАШЕН встретил нас пасмурным небом, мокрым снегом и колючим ветром. «Погода под стать настроению геташенцев», — мрачно заметили братья Аркадий и Арутюн Давидяны. Странно. Всего лишь месяц назад эти крепкие и преданные справедливому делу защитники родного очага были настроены куда оптимистичнее. На мой недоуменный вопрос они молча кивнули на взлетную площадку: сельчане яростно штурмовали вертолет, многие с детьми и пожитками.

По непролазной грязи спускаемся в село. Вроде бы здесь ничего не изменилось. У школы все также носятся стайки ребятишек, вяло пробирается через речку вброд чья-то тощая корова, перед пустым буфетом Михо собрались геташенцы, обсуждая последние события. Сюда приходят почти все мужчины села: и стар, и млад. У всех на руках четки — делать нечего, по-прежнему душит блокада. Но вместе с тем что-то не так, чувствуется подавленность.

Арутюн немногословен:

— В селах Азат и Камо армяне продают свои дома азербайджанцам. Вскоре Геташен окажется в абсолютной изоляции.

Мысленно представляю себе карту региона. Геташен превращается в крохотный островок, полностью отрезанный от цивилизованного мира. Выдержат ли люди?

-- Геташен будет стоять, пока хоть в ком-нибудь из нас бьется сердце, — говорит Аркадий. — Для этого хватит у нас и уменья, и средств.

По лицам геташенцев вижу, что он выразил общее мнение.

Директор Геташенского совхоза Шалико Марутян встретил нас в своем кабинете, теребя в руках... номер азербайджанской республиканской газеты «Коммунист» за октябрь прошлого года.

— Это черт знает, что такое! Дойти до такой наглости, до такой низости! — возмущенно тыкал он пальцем в газету: оказывается, еще осенью прошлого года было принято решение из тринадцати пунктов о заселении азербайджанцами армянских сел Азат, Камо и Геташен. Стратегия и тактика белого геноцида. Варвары! — Впрочем, — Шалико Петросович как-то сник,— они как в воду глядели. Знали, наверное, о предательском характере наших соседей, нож воткнули прямо в спину.

— Как у вас здесь обстоят дела?

— Какие дела? Нет никаких дел. Начался массовый падеж скота — корма иссякли. Уже чувствуется дыхание весны, а у нас нет ни горючего, ни семян, ни запчастей. Никуда не проехать, не пройти. Какие могут быть дела? А тут еще эти предатели... Наш народ все еще пишет свою историю, с завидным упорством повторяя ошибки прошлого. Но Геташен на колени не встанет. Никогда!

Едем к «предателям». До сел Камо и Азат, которые фактически слились в одно целое, несколько километров. Добротные каменные дома, большие приусадебные участки, запорошенные снегом плодовые деревья, виноград, малина... Райский уголок. Но на улицах ни души. Лишь по обочинам дорог длинные вереницы грузовых военных-машин и БТРов.

В Азате находим дом Беника Мелкумяна. Он с сыном Сашиком, Сурен Григорян, Пируза Абрамян. Марди Вартанян — вот, пожалуй, и все патриоты и защитники родного села. Беник Мелкумян не знает, что сказать, растерянно разводит руками:

— Как могли, как могли... Не понимаю. И это после стольких месяцев противостояния, перестрелок, жертв. Неужели им не стыдно перед лицом сирот убитого в бою Размика Арутюняна? Как можно так легко расставаться с домом, где человек родился, с могилами предков? Не понимаю.

У старшего сына Беника Мелкумяна, бежавшего из Кировабада в Ереван, полгода назад родилась дочка, но дед до сих пор не видел своей внучки, потому что совесть не позволяет ему в это трудное время хоть на несколько дней покинуть село.

— Но больше всего удивляет, — вступает в разговор Сашик Мелкумян, — как в Армении встречают с распростертыми объятиями бывших азатцев. Лично я уже стесняюсь говорить из какого села родом.

ЕДЕМ к местной школе.

На перекрестке стоят несколько азатцев. Бывших, так как они свои дома уже продали. Узнав, откуда мы и зачем приехали, они категорически отказались от разговора с нами. «Дома наши, что хотим, то и делаем», — вот и весь сказ. Но по отводимым в сторону взглядам чувствовалось: они далеко не уверены в своей правоте. Все таки стыдно им. Стыдно за то, что друг другу продают полученную бесплатно из Армении муку, что подводят своих более стойких односельчан, что слепо поддались на провокации азербайджанцев. А действуют те весьма умело, в духе восточной дипломатии.

Не добившись ничего, кроме ощутимых потерь в разбойных наскоках на село, они сменили тактику необъявленной войны. Начали покупать дома в Азате и Камо. Ведь эти села стоят у них поперек дороги, как кость в горле. Окупают, не торгуясь, втридорога, платя бешеные деньги. И откуда только берутся эти умопомрачительные суммы?

Новых «хозяев» домов вообще не видать. В селе сидит представитель Ханларского райисполкома, без всяких формальностей пропечатывает купчие, сует пачку денег под нос и, как говорится, иди гуляй. Из соседних азербайджанских сел ежедневно на машине привозят свежевыпеченный хлеб. Может, кто и позарится? Умасливают, как могут. Обещали всем продающим дома, что их на вертолетах вывезут и доставят куда надо. Не постигнет ли их участь тех двенадцати невинных армян, которых «вывезли» из дома престарелых в Кировабаде? Торопятся азербайджанцы, делают все, чтобы жители покинули родные села, так как продавшие дома армяне могут в течение шести месяцев изменить свое решение — таков закон.

Оператор Армянского телевидения Десна Казарян и журналист Айк Маркарян снимали для «Лрабера» заколоченную, с выбитыми окнами местную школу, которая не действует с осени прошлого года. Нас всех задержали военные. «Нельзя, здесь военный объект», хотя «объект» представлял собой солдата с автоматом, прислонившегося к одинокому дереву на развилке дорог, он и в кадр-то не попал. Потребовали разрешение (!?) на съемку, а если такового нет — то пленку. После долгих препирательств решено было отвести нас в штаб.

По неимоверной грязи пешком потащились в другой конец села. После долгого ожидания нас впустили в штаб. Недоразумение вскоре было улажено. Пользуясь случаем, беру интервью у начальника войсковой оперативной группы внутренних войок МВД СССР генерал-майора Леонида Яковлевича Червоткина.

— Основная наша задача — не допустить кровопролития, — отметил он..---- Положение в последнее время заметно стабилизировалось. Все меньше и меньше перестрелок с экстремистами. Военные в куплю-продажу домов не вмешиваются, это дело добровольное.

— Как к войскам относится армянское население?

— Очень доброжелательно,— был ответ. — За все время нашего пребывания здесь не было никаких конфликтов. Сельчане понимают, что мы приехали сюда защищать их.

— Вам удалось что-нибудь узнать о судьбе исчезнувших близ этого села капитана С. Осетрова, рядовых А. Мороза, В. Федорова, А. Прижимкина и сопровождавшего их местного жителя, которых захватили на БТРе боевики из народного фронта Азербайджана?

— К сожалению, ничего. Официально они числятся как без вести пропавшие. Будем надеяться на лучшее.

— Дай-то бог. И последний вопрос: сколько жителей осталось в селе Азат?

— Сто семьдесят два человека, — с готовностью ответил сияющий представитель Ханларского райисполкома.

С ТЯЖЕЛЫМ сердцем возвращались мы из села Азат. Две трети домов из 120-ти фактически уже проданы. На очереди — село Камо. Если не принять экстренных мер. Ощутимая потеря для Геташенского подрайона.

О необходимости экстренных мер говорили и летевшие с нами в Армению молодые азатцы. Ехали они в Ереван, Спитак, Абовян и другие города, где обосновались односельчане, чтобы встретиться со своими бывшими земляками, уговорить их вернуться в покинутое село, сплотиться воедино против беды, выстоять, победить, сохранить небольшой свободолюбивый армянский островок. И помнить, помнить о судьбе Нахичевана. Иначе какими глазами они будут смотреть в лицо своим подрастающим детям?

А. ЕГИАЗАРЯН, спец. корр. «Коммуниста».<br\ > Геташен — Ереван, 23 февраля.