Ближний Восток все ближе и ближе. Путешествие в Карабах.
| Original title: | Ближний Восток все ближе и ближе. Путешествие в Карабах. |
| Author: | Годлевский Петр |
| Source: | Московская газета from 1992-05 |
Мысль о том, что ситуация в Закавказье все больше напоминает положение на Ближнем Востоке, принадлежит, конечно, не мне, но я с ней полностью согласен. В своих заметках постараюсь не касаться геополитических проблем; ибо уверен – любой здравомыслящий человек в России, Казахстане или на Украине осознает, что "пожар" уже рядом. Просто попытаюсь описать, как выглядит "пламя".
Близость "всамделишной" войны ощущается уже в ереванском аэропорту "Эрибуни". Когда рядом с тобой по взлетной полосе бродят десятки людей, увешанных всеми возможными и невозможными видами оружия - от ручных гранатометов до старинных кинжалов, ожидание вертолетов становится не столь тягостным. Есть повод подойти к любому и завязать "светскую беседу", начав вопросом типа: "Какова дальнобойность "игрушки"?" - или "Почем нынче ваш "Дегтярев"?".
Прекрасно сознавая, что кровь - кошмарная закваска военной "романтики" всегда и везде, медленно, но верно поддаешься ее (романтики) влиянию - до первого столкновения с самой войной...
Как только вертолет, на котором группа журналистов вылетела из Еревана в Карабах, приземлился в небольшом местечке Колатаг (примерно 40 км. от Степанакерта), множество женщин и детей с криками, причитаниями, слезами и угрозами принялись штурмовать его.
Бойцы местного подразделения самообороны выстрелами в воздух отогнали их от машины. В результате в вертолет попали лишь раненые, журналисты "Пятого колеса" и представители французской гуманитарной миссии. Последние смотрели на происходящее с неподдельным ужасом.
Геликоптер, прилетевший в Колатаг вслед за нашим, не смог сесть: люди буквально бросились под него. Сделав несколько кругов, он, ушел в неизвестном направлении. "Высадит всех километрах в десяти от нас",- объснил мне пацан лет 12-ти и сразу попросил закурить. Я, к счастью, никогда табаком не баловался, мои же коллеги-курильщики моментально лишились всего наличного запаса сигарет. Так нам с ходу пришлось столкнуться с одним из самых острых в НКР дефицитов - табачным.
Примерно через час после прибытия на карабахскую землю нашу журналистскую команду без особого комфорта, но с должной оперативностью доставили в Степанакерт. Ночью он производил жуткое впечатление - пустой, холодный; с редкими огоньками среди развалин. На постой нас разместили в комендантской роте. Утром мы с некоторым удивлением обнаружили, что большая часть солдат в казарме - русские. За утренним чаем разговорились. По словам ребят, в Степанакерте и других местах НКР сейчас живет и воюет около двухсот бывших военнослужащих СА. Большинство фактически дезертировало из своих подразделений. (366-й полк, химический батальон). По этой причине Степанакерт даже посетил представитель военной прокуратуры, но после переговоров с местными властями ребятам было объявлено, что они спокойно могут "дослуживать" свои сроки в Карабахе. Я, если честно, слабо верю в такой "плюрализм" Министерства обороны и боюсь, что этих солдат еще ждут большие неприятности.
Бывшие войны бывшей Советской Армии уходили из своих частей не пустыми - с техникой. По крайней мере так они говорят. Мы сами убедились, что живут они в равных с бойцами самообороны условиях. Денег за службу армяне им не платят, силой не удерживают. При мне один из них сел в вертолет и вылетел в Ереван.
Убедился я и в том, что среди "самооборонцев" можно встретить не только беглых рядовых СА, но и офицеров - вплоть до полковников. Воюют они на стороне Нагорно-Карабахской Республики качественно. А вот ополченцы используют знания специалистов далеко не блестяще. На территории военного городка осталось несколько неисправных современных танков, которые при эвакуации 366-го полка из Степанакерта десантники вывезти не сумели. И вот вокруг одного из этих гигантов при нас пару часов кипел самый настоящий митинг на тему, как и кому его чинить. Метрах в десяти от "тусовки" сидел парень, всего три года назад бывший старшим механиком танковой роты в ГДР. Выругавшись, он за две минуты объяснил нам, как завести Т-72. "Сижу здесь три дня, и никто меня не слушает. Каждый делает, что хочет, растащили с машин почти все...". Собеседник пояснил, что серьезно обслуживанием техники, которая оказалась в руках сил самообороны НКР, никто не занимается: "Дисциплина - чка" ("чка" - по-армянски "нет", отсутствует).
За те дни, что я был в Карабахе, у меня еще не раз была возможность убедиться в правоте нашего случайного знакомого в смысле дисциплины... Отношения между рядовыми бойцами и полевыми командирами строятся исключительно на личном авторитете последних. Стоит сойтись в одном месте, нескольким таким "неформальным лидерам", и дебаты по любому вопросу обеспечены надолго. Есть, разумеется, несколько военачальников, которые действительно приказывают и требуют неукоснительного повиновения, но большинства они явно не составляют. В этом, с моей точки зрения, главный недостаток вооруженных сил НКР. Компенсируется он лишь одним. - гранатой-запаской на поясе у каждого ополченца. Все они готовы предпочесть смерть плену.
Наверное, моральным перевесом граждан НКР над своими противниками из национальной армии Азербайджана и объясняется тот факт, что уже осенью 1991 года 90 процентов карабахской территории находилось под контролем сил самообороны. Масштабные боевые действия начались здесь после весенне-летних депортаций местных жителей армянской национальности. Прошло совсем немного времени, и Верховный Совет никем пока не признанной Нагорно-Карабахской Республики распространил свою власть почти на весь Арцах.
Из Степанакерта нас подбросили на автомашине в Мартуни, самый восточный райцентр НКР. Поселили в гостинице. Помещение, конечно, неотапливаемое, но все равно было приятно. Не успели заснуть, как раздались пулеметные очереди по разные стороны фронта. Стреляли, повторяя "мелодии" противника. Своеобразная профилактика. Утром нас осторожно повели на позиции. Довольно долго мы осматривали окопы, блиндажи, пулеметные точки, уже стало казаться, что ничего особенного не увидим, как вдруг...
Стоило нам подняться на холм рядом с городом, как с территории Азербайджана раздались непонятные хлопки. Через пару секунд в жилых кварталах Мартуни начали рваться реактивные "градины" по пять-шесть одновременно. Мужчины в окопах хватались за головы и хрипло, как-то сдавленно причитали. То ли ругались по-черному на своем родном, то ли молили Бога, чтобы помиловал их семьи. Не знаю.
Как только обстрел закончился (всего было выпущено около 30 снарядов), мы с нашими камерами и фотоаппаратами бросились из убежища в город. Прямое попадание в АТС, разрушено несколько жилых домов, убитых нет - первое, что нам сообщили.
Скажу честно, последствия обстрела не повергли меня в шок. Снаряды действительно разворотили несколько стен в жилых домах и ранили одну женщину. Однако выражение типа "все сметено с лица земли" было бы преувеличением. Достаточно сказать, что в доме, пятый этаж которого прошила навылет "градина", через час после попадания праздновали двадцатилетний юбилей свадьбы. Скорее всего, качество боеприпасов у азербайджанской армии было в тот день, к счастью для местных жителей, не на высоте. Вечером наша команда вернулась в Степанакерт. В столице НКР нам предстояла нелегкая встреча. В город привезли двоих заложников-мужчин, захваченных азербайджанским ОМОНом летом прошлого года. По их словам, они были взяты безоружными. В принципе в это можно поверить, так как им обоим далеко за пятьдесят. 9 месяцев пленники провели в различных тюрьмах. Сидели и в Баку.
О том состоянии, в котором их обменяли на военнопленных, долго писать не имеет смысла. Это надо было видеть и слышать. Когда заложников осмотрели, оказалось, что они серьезно изувечены: переломаны ребра, тела превратились в сплошной синяк. Говорили оба с огромным трудом. Пересказывать подробности пыток, которым подвергались эти люди, не стану - не специалист в таких живописаниях.
Когда журналисты поинтересовались у замминистра обороны Армении Сержа Саркисяна, в каких условиях содержатся попавшие в плен азербайджанцы, тот ответил: "В плохих". Я попросил пояснить, и он, не мудрствуя лукаво, рассказал, что пленные, о судьбе которых, кстати, Баку особенно не беспокоится, сидят без света и горячей веды, как и подавляющее большинство жителей Степанакерта. Кроме того, зачастую испытывают нехватку еды.
Насилие над ними, по мнению замминистра, не исключено. Объяснил он эту странную мысль там, что сегодня в рядах сил самообороны НКР воюет примерно три сотни бывших узников различных тюрем Азербайджана. Месть - чувство страшное, но на войне совсем не редкое.
Для внимательного читателя поясню один момент, на который он уже, очевидно, обратил внимание: Саркисян - заместитель министра обороны Армении, а не НКР. Прибыл в Карабах еще до провозглашения независимости последнего. Сегодня его пребывание в Арцахе и участие в войне - прямое доказательство причастности Армении к противостоянию НКР и Азербайджана.
Стоит, думаю, сказать несколько слов и о встрече с другим должностным лицом - Председателем Верховного Совета Нагорного Карабаха Артуром Мкртчяном. По-журналистски нам повезло: в момент нашего с ним интервью по телевизору передали выступление Нурсултана Назарбаева, предлагавшего план мирного урегулирования в регионе. Мы первыми услышали реакцию на эти предложения со стороны руководителя республики... Итак, краткий конспект мыслей господина Мкртчяна по поводу ситуации в Закавказье и инициативы президента Казахстана:
– На сегодняшний день идет война за независимость НКР. Война с применением всех имеющихся у противоборствующих сил средств;
- Республика ни при каких обстоятельствах не откажется от своей независимости, которую еще никто на международном уровне официально не признал.
- С азербайджанским правительством карабахское руководство готово сесть (на равных) за стол мирных переговоров уже сегодня;
- Если война с Азербайджаном будет продолжаться, то стратегической задачей номер один для сил самообороны Нагорно- Карабахской Республики будет штурм Шуши. Это последний крупный город в Карабахе, который не подчиняется Степанакерту;
- К сегодняшнему дню вооруженные формирования НКР полностью находятся под контролем ее парламента;
- Предложения Назарбаева неконструктивны, так как в них игнорируется руководство НКР: проблему предлагается решать на уровне взаимоотношений Еревана и Баку;
- При штурме Ходжалы были человеческие жертвы среди мирного населения, о чем власти Нагорного Карабаха сожалеют, но подчеркивают, что азербайджанцам предоставлялась возможность эвакуировать женщин и детей. Дело в том, что в гуманитарный коридор устремились не только мирные жители, но и бойцы национальной армии Азербайджана. В результате завязалась перестрелка, в ходе которой и погибли ни в чем не повинные люди;
-В республике остро ощущается нехватка топлива для проведения весенних сельхозработ. Если они будут сорваны, НКР столкнется с голодом уже в этом году.
Проговорили мы в холодном кабинете председателя около часа. На меня молодой руководитель произвел приятное впечатление. Интересно будет взглянуть на него в мирных условиях. Даст Бог свидимся.
Помимо продовольственного вопроса, о котором с нами говорил Артур Мкртчян, Степанакерте самое ближайшее время ждет другая проблема: в городе не работает канализация. Зимой природа сглаживала этот "недостаток", но весеннее тепло, отсутствие санитарной службы, того же горючего может привести к вспышке различных эпидемий. В общем, нашему собеседнику трудно позавидовать.
Перед отъездом из Карабаха мы побывали еще в одном армянском городе на границе с Азербайджаном - Аскеране, отразившем накануне штурм противника. Атака на него не удалась, тем не менее разрушения были серьезными. Огромным факелом пылал коньячный завод, где погибало у нас на глазах немыслимое количество спиртного. "Если мужики начали бомбить винзаводы - дедо зашло далеко",– мрачно пошутил кто-то из нашей команды.
Прямым попаданием была подожжена и лучшая в Аскеране школа. Город, казалось совершенно опустел, но при штабе мы обнаружили семью беженцев из Азербайджана, которая нашла приют в Аскеране и не покинула его даже во время штурма. Бежать дальше им просто некуда. Надеются на милость Божью и скорое восстановление мира, а пока ежедневно рискуют попасть под снаряды.
Тем временем запасы кино- и фотопленки у моих коллег подошли к концу. Надо было возвращаться в Ереван. На машине нас привезли обратно в Колатаг, где мы провели в ожидании достаточно времени для того, чтобы проверить свою психологическую устойчивость в ситуации, когда от тебя ничего не зависит.
Когда за нами прибыл вертолет, мы опять столкнулись с тем, что мирных жителей из Карабаха стремятся не выпускать. Мы пытались провести в вертолет двоих детей, родители которых оставались в Степанакерте, но после продолжительного скандала нам этого не разрешили.
Мотивы такой позиции властей НКР по-военному просты. Если мирное население покинет Арцах, за что будут сражаться мужчины? На мой же взгляд, защищая родину, совершенно не обязательно иметь за спиной женщин и детей. Однако, как говорится, в чужой Карабах со своей войной не ходят. Вертолет уносил нас из зоны боевых действий. Последнее, что я увидел в Арцахе. - старинное кладбище. 16 могилл. Мрачный символ. Надеюсь, в следующий раз, когда попаду в Закавказье, меня там не встретит огромный могильный холм с табличкой "Нагорный Карабах". Надеюсь
Петр ГОДЛЕВСКИЙ<br\ > Степанакерт - Санкт-Петербург.<br\ > (ИМА-пресс)
Р.S. Неизвестными лицами из автомата убит 34-летний Председатель Верховного Совета Нагорно-Карабахской Республики Артур Мкртчян. Это произошло 14 апреля около 9 часов в его собственной квартире в Степанакерте. Как сообщили корреспонденту ИТАР-ТАСС по телефону в МВД Нагорного Карабаха, начаты расследование и поиски террористов.
