Просмотр исходного текста страницы Этот трудный путь в Арцах

{{Article Info 
 | Original title        = Этот трудный путь в Арцах
 | Periodical            = Голос Армении (Коммунист)
 | Author                = Григорян А.
 | Rubric                = 
 | Issue                 = 225(17113)
 | Year                  = 1990
 | Month                 = 10
 | Day                   = 12
 | Original source       =
}}

<!-- 1990-10-12-(225-17113)B.doc -->

О том, что из-за проводимой Азербайджаном антиармянской политики часто страдают также представители других национальностей, говорилось и писалось не раз. Особенно трудно в эти дни приходится водителям автомашин, осуществляющих междугородные грузовые перевозки. Вот что, к примеру, поведал корреспонденту Арменпресс один из них — Владимир Алексеевич Строганов, которому чудом удалось на своем «КамАЗе» пробиться в Степанакерт, доставив сюда сырье для обувной фабрики из далекой Твери.

— Мои мытарства начались с самой границы Азербайджана с Грузией, с Красного моста, — сказал водитель из России. — Меня останавливали буквально у каждого поста ГАИ. Когда узнавали, что груз в машине предназначается Степанакерту, сотрудники местной Госавтоинспекции сразу же брались за трубку телефона, куда-то звонили, что-то выясняли. Вся эта процедура занимала, как правило, несколько часов. Однако самое неожиданное подстерегало меня в Агдаме. В этом городе заставили подогнать машину к зданию местного отдела внутренних дел. Обращались со мной грубо. Позже появились какие-то лица в штатском и начали досконально проверять груз. Сорвав пломбу, они вскрыли все 559 коробок с искусственной кожей. Мне сказали, что проверяющие являются представителями Народного фронта Азербайджана. Причем, происходило все это в присутствии трех военнослужащих, к тому же офицеров. Затем уже местные работники, я так понял, отвели меня в столовую, чтобы накормить. Однако до еды дело не дошло Стали допытываться, везу ли я оружие и сколько. Я ничего не понимал, — продолжал Владимир Строганов. — О каком оружии идет речь? Тогда меня стали избивать. Позже я рассказал о случившемся коменданту Агдамского района, написал ему объяснительную. Лишь после этого меня отпустили. Так я доехал до Степанакерта. Пришлось на расстояние от Казаха до областного центра затратить целых три дня, и с такими вот приключениями. Что ж, пожелаем русскому водителю хотя бы удачи на обратном пути. Мы же в очередной раз поразмышляем над реалиями сегодняшнего дня в регионе. Итак, с одной стороны в заблокированном Нагорном Карабахе комендатура без всяких на то оснований до предела ужесточает режим чрезвычайного положения —да так, что и погостить у родственников нет возможности. С другой — на соседней азербайджанской территории, кстати, также входящей в район чрезвычайного положения, та же военная администрация бездействует, позволяя чинить беззаконие, что превращает границу НКАО практически в линию фронта. И этот факт — отнюдь не единичен. Неужто подобное трактование Закона СССР о правовом режиме чрезвычайного положения и считается принятием дополнительных мер по стабилизации положения, обеспечению безопасности всех жителей в регионе, как об этом утверждается в одном из последних сообщений военного коменданта? Если нет, в таком случае как следует понимать армянскому населению НКАО столь антигуманное к себе отношение на протяжении вот уже почти трех лет? Возьмут ли, наконец, центральные власти на. себя смелость честно ответить на сей вопрос? Сомневаемся...

'''А. ГРИГОРЯН, соб. корр. Арменпресс.'''<br\ >
'''Степанакерт.'''