Просмотр исходного текста страницы Что произошло у села Воскепар

{{Article Info 
 | Original title        = Что произошло у села Воскепар
 | Periodical            = Голос Армении (Коммунист)
 | Author                = Овчаренко Г.
 | Rubric                = 
 | Issue                 = 92(17276)
 | Year                  = 1991
 | Month                 = 05
 | Day                   = 21
 | Original source       = Правда, 20 мая
}}

<!-- 1991-05-21 (92-17276) M.doc -->

'''Довольно неоднозначной была реакция читателей на статью «На черной от горя и гнева земле», опубликованную в «Правде» за 12 и 13 мая сего года. Напомню, что она появилась в результате поездки, организованной МВД СССР, бригады журналистов на границу Азербайджана и Армении, где и по сей день не прекращается кровопролитие.'''

'''Вернувшись из поездки, все журналисты в один голос рассказали и написали, что они были крайне ограничены в своих действиях: не могли поехать, куда желали, не могли говорить с тем, с кем хотели, получали неполную, а точнее сказать, одностороннюю информацию.'''

Из Армении пришел десяток телеграмм, в которых говорилось, что на снимке в «Правде» запечатлены не «армянские боевики, выдающие себя за милиционеров», а действительно сотрудники милиции: начальник отделения ГАИ Кироваканского ГОВД Корюн Маргарян и оперуполномоченный уголовного розыска того же горотдела милиции Геворг Акопджанян. Подтвердили это и приехавшие в редакцию постпред республики Армения в Москве Ф. Мамиконян, начальник отдела охраны общественного порядка республиканского МВД П. Галумян и начальник Ноемберянского РОВД Т. Саркисян. С их слов я привожу версию того, как милиционеры вдруг превратились в армянских боевиков.


...Так уж случилось, что село Воскепар Ноемберянского района Армении расположено между селами Нижняя Аскепара и Верхняя Аскепара Казахского района Азербайджана. Здесь давно уже неспокойно, но кульминации конфликтная ситуация достигла 29 апреля. В этот день неизвестными лицами с территории Казахского района были обстреляны машины с гражданским населением армянской национальности.

Два заместителя начальника Ноемберянского РОВД с милиционерами, охраняющими село, и солдатами внутренних войск, несущих патрульную службу в Воскепаре, выехали на место происшествия. Здесь их обстреляли с поста азербайджанского ОМОН, расположенного в селе Нижняя Аскепара. Армянские милиционеры открыли ответный огонь. Тигран Саркисян, которому по раций сообщили о конфликте, приказал своим подчиненным вернуться в Воскепар, и сам тут же выехал в это село.

—  Тридцатого апреля,— вспоминает Тигран Владимирович,— Воскепар начали обстреливать с Нижней и Верхней Аскепар, причем стреляли не только омоновцы, но и военные. Но в этот день стреляли пока только из автоматов...

Пушки заговорили позже. А в тот день Т. Саркисян встретился с командиром полка подполковником Резниковым, попытался с ним объясниться. Сказал, что его милиционеры не будут даже отвечать на выстрелы, а взамен попросил разблокировать дороги, соединяющие Воскепар с райцентром: нужно дать возможность покинуть село детям, женщинам и старикам. Резников обещал.

Казалось бы, были сделаны обоюдные шаги к стабилизации обстановки. Но тут началось что-то непонятное. Первого мая в Воскепар прибыл начальник войсковой оперативной группы (ВОГ) полковник Макарихин и заявил что роту внутренних войск, дислоцированную в селе, он снимает.

—  Министр внутренних дел Армении знает об этом? — спросил Т. Саркисян.

— Нет,— ответил полковник,— я получил приказ свыше.

Диалог этот не случаен. ВОГ МВД СССР находится в оперативном подчинении МВД Армении и, следовательно, полковник Макарихин должен был бы поставить в известность о своих действиях армянских коллег. Но не поставил. Это привело к трагическим последствиям.

— Когда второго мая начали вывод внутренних войск из села,— вспоминает Т. Саркисян,— офицеры Виктор Багинский, его заместитель Юрий Пивоваров не скрывали слез. Они пытались объяснить Макарихину, что выводить внутренние войска из Воскепар нельзя: только они удерживают азербайджанских омоновцев от нападения на село. Но приказ есть приказ...

Рота двинулась к Еревану. По дороге ей преградили путь женщины и дети, за которыми стояли вооруженные мужчины. Чтобы не допустить кровопролития, чтобы не пострадали женщины и дети, солдаты отказались от сопротивления, сдали оружие. В Ереване против них возбудили уголовные дела за самовольное оставление поста и вечером того же дня отпустили.

Но в Нижней и Верхней Аскепарах этого не знали. Здесь думали, что солдаты захвачены заложниками. Временное перемирие было нарушено. Третьего числа произошла смена милицейского наряда в селе Воскепар. Учитывая, что его покинула рота внутренних войск, Т. Саркисян вызвал усиленный наряд. Теперь в селе уже было 28 милиционеров. Но они понимали, что их может ждать, и завидовали тем, кто уезжал. Напрасно завидовали...

—  Наряд из села на двух машинах выехал в райцентр,— вспоминает Тигран Владимирович.— В дороге они попали под обстрел гаубиц: в итоге один сотрудник убит, семеро ранено.

—  Стреляли военные, дислоцированные в Нижней Аскепаре,— уточняет П Галумян.— Стреляли без предупреждения...

Напряжение нарастало. Пятого мая Т. Саркисян снова запросил смену наряда. Ему сообщили, что горными дорогами — прямой путь снова был блокирован — в час ночи отправлены 20 сотрудников милиции с двумя гражданскими водителями и двумя проводниками. Но и утром наряд в Воскепаре не появился.

К этому времени наблюдатели доложили Т. Саркисяну, что село окружено танками, бронемашинами, солдатами и омоновцами. По громкоговорящей связи милиционерам предъявили ультиматум: если через пятнадцать минут они не сдадутся, село будет уничтожено.

Майор Василий Кроха, с которым Тигран Владимирович вступил в переговоры по громкоговорящей связи, подтвердил, что такой приказ у него есть. В конце концов, Саркисяна и его заместителя Михаила Хачатряна пригласила в гарнизон.

Военнослужащий, представившийся генералом Андреевым, повторил ультиматум, требовал сдать не только табельное оружие, но и какие-то два танка, пушки. Саркисян предложил оставить в гарнизоне заложников, милиционеров и даже местных жителей, проехать в Воскепар, убедиться, что там нет боевиков и уж тем более танков и пушек. Предложение не приняли. Хачатряна оставили заложником, а Саркисяна отправили в деревню, чтобы он организовал сдачу оружия. На все про все дали два часа.

Саркисян связался с руководством, посоветовался с подчиненными, старейшинами села. Приняли решение сдаться.

Они выходили по одному. Первым шел майор К. Маргарян — это его потом представили фотокорреспондентам как боевика. Его, как и других, положили на асфальт, предупредили: лишнее движение — пеняйте на себя. Маргарян, от обиды ли, возмущения, дернулся на земле—ударом ботинка ему сломали ребра. Саркисян выходил последним — его, хотя знали в лицо, тоже уложили на асфальт, обыскали.

Затем задержанных на территории Армении милиционеров под охраной солдат и бронемашин отправили в Казах, на территорию Азербайджана.

— С тех пор об их судьбе ничего не известно,— говорит Тигран Владимирович.—Хотя генерал Андреев и обещал мне, что после сдачи оружия он нас всех отпустит...

Дальше события развивались так. Когда милиционеров уложили на асфальт, снова был открыт огонь по селу — двое его жителей погибли, пятеро ранены. Саркисяна пытались уговорить вернуться в село и подготовить жителей к тому, что в Воскепар войдут войска. Тигран Владимирович отказался: ведь он и другие сдались только потому, чтобы танки не вошли в село, где остались безоружные люди.

—  Перед тем, как меня отпустили,—вспоминает Т. Саркисян, подошел полковник, фамилию он назвать отказался, и сообщил, что ночью из засады был расстрелян наряд, который шел на смену в Воскепар: там, сказал он, осталось девять трупов.

Позже эти сведения подтвердились. Только убитых оказалось не девять, а одиннадцать, через несколько дней от ран скончались еще трое... Напомню, на смену ехало 20 милиционеров, которых сопровождало четверо гражданских лиц. Судьба оставшихся в живых, по словам собеседников, им неизвестна.

—  Мы обращались во многие инстанции,— сказал Ф. Мамиконян,— но никакой информации ни от МВД СССР, ни от союзной Прокуратуры, ни от военных о задержании сотрудников армянской милиции, о том, где они, что с ними, не получили.

Я задал собеседникам только один уточняющий вопрос:

—  Начальник следственного отдела азербайджанской прокуратуры А. Агаев утверждал нашим корреспондентам, что 6 мая армянские боевики напали, по сообщению военных, на войсковой пост. Когда их задержали, у них не обнаружили командировочных удостоверений и вообще документов, одеты они были не в милицейскую форму— кто во что. Если это так, то были основания для задержания, согласны?

—  Нет. Агаева при нашем задержании не было. А как оно проходило на самом деле,— ответил Т. Саркисян,— я уже рассказал: мы сдались после предъявленного военными ультиматума. Возможно, у кого-то не было командировочных удостоверений, не знаю. Но практика такова, что эти документы хранятся у старшего командированной группы. А он остался с частью командированных сотрудников в Ноемберяне. Поэтому я допускаю, что у кого-то из наших не было командировочных удостоверений. Но установить их личности при желании можно было за полчаса. Только вот желания не было — даже выслушать по этому поводу меня не захотели. Что касается одежды — большая часть моих людей была в милицейской форме, в том числе и я, и только несколько человек, среди них Маргарян и Акопджанян, были в защитной форме цвета хаки — она практичнее и удобнее, носить ее при участии в операциях никто не запрещает. Кстати, эту форму охотно используют и азербайджанские милиционеры...


'''Такая вот версия. Верить ей или нет? Во всяком случае она высказана с подробностями, деталями, фамилиями конкретных людей, которые участвовали в трагическом инциденте. Непонятно также и то, зачем азербайджанской милиции понадобилось выставлять в качестве боевиков своих армянских коллег.'''

'''Мы публикуем эту версию с одной целью: должна быть полная ясность в трагических событиях у села Воскепар. Одна сторона сумела уже высказаться во многих газетах. Другой мы предоставили слово сегодня. Но лично у меня и, думаю, у читателей, ясности от этого не прибавилось. Очевидно, официальное мнение должны высказать представители Министерства обороны СССР, МВД СССР и Прокуратуры Союза ССР. «Правда» готова предоставить им слово...'''

'''Г. ОВЧАРЕНКО.'''

'''(«Правда», 20 мая).'''