Просмотр исходного текста страницы Блокада, или шлагбаум по-азербайджански

{{Article Info 
 | Original title        = Блокада, или шлагбаум по-азербайджански
 | Periodical            = Голос Армении (Коммунист)
 | Author                = Багдасарян А.
 | Rubric                = Тема дня
 | Issue                 = 203(17090)
 | Year                  = 1990
 | Month                 = 09
 | Day                   = 14
 | Original source       = 
}}

<!-- 1990-09-14-(203-17090)A.doc -->

'''Не успели возобновиться в приграничных районах Армении вооруженные столкновения, как на железнодорожном стыке Иджеван воцарилась тишина. Вновь, в который раз, безукоризненно сработал отшлифованный до мелочей механизм, в считанные часы парализовавший движение на сотнях километров стальных магистралей.'''

НЕТ ничего горше и дороже опыта, приобретенного за счет собственных ошибок. Дороже потому, что расплачиваться за него приходится своим благополучием. Горше — от сознания, что при большей дальновидности можно было обойтись и без этих потерь, Увы, в истинности этих слов мы убедились на собственном примере. Не оказалось в анналах истории прецедента кровавым актам вандализма, развязанным с одной стороны, и полного их неприятия, непонимания происходящего — с другой. Равно, как и не нашлось среди нас провидца, способного предугадать всю аналогичность хода событий последних двух лет и непредсказуемость подводных течений в лабиринтах верховной власти.

Кто знает, может, из-за отсутствия этого опыта армянский народ и вынужден был провести два года в бесплодных ожиданиях. Ждали парламентского решения карабахского вопроса и политической оценки «Сумгаита», ждали снятия экономической блокада и ввода войск МВД в приграничные села Арцаха. 

После Баку ждать перестали. Как политических оценок, так и парламентских решений. Исчезла вера. И это закономерно, поскольку, когда в арсенале верховной власти отсутствуют эффективные меры воздействия, народ теряет к ней всякое доверие.

И вот, пока в центре принимались половинчатые решения, проблемы региона стянулись в такой тугой узел, что при нынешнем уровне демократии распутать его очень трудно. Причина же просматривается прежде всего в применении так называемого принципа паритетности, когда ответственность за происходящее делится поровну как на истинных виновников, так и на пострадавших. Так происходило, когда на одной доске оказались беженцы, спасавшиеся от погромов, и переселенцы, с выгодой продавшие движимое и недвижимое имущество. Так уравнялись в деяниях погромщики из Баку и мирные демонстранты с Театральной площади, боевики из НФА и отряды самообороны у Ерасха.

Впрочем, тут особняком следует поставить экономическую блокаду железнодорожных и автомобильных дорог Армении. Уж слишком беспрецедентной была эта акция, чтобы ее можно было с чем-либо сравнить. Мало-мальски здравомыслящему человеку ясно: такая небольшая республика, как Армения, не смогла бы применить в равной степени ответных действий к расположенному в куда более выгодном положении соседу.

К блокаде отнеслись по-иному. Ее просто умалчивали, не замечали. Нет ее —и все тут. Конечно, читатель может заметить, что статьи о первой блокаде в центральной прессе появлялись, и не раз. Не отрицая фактов, отметим, что уроки эти в дальнейшем были хорошо усвоены, и, начиная со второго «затора» на железнодорожных и автомобильных путях, публикации подобного рода с газетных полос исчезли. Лишь ни с того, ни с сего проскальзывали сомнительной достоверности информации о том, что дороги открылись, и поезда в Армению пошли косяками.

Впрочем, последние месяцы блокада вообще выпала из поля зрения центральной печати. Видимо, тут посчитали, что проблема потеряла свою актуальность, что сейчас злободневны другие темы, интересующие всесоюзного читателя.

Чему же тут удивляться, что тема эта перестала муссироваться и в стенах Верховного Совета СССР. Жестокие информационные ограничения сделали свое дело. И если поначалу на заседаниях председательствующие методично отводили все связанные с блокадой запросы, то теперь не видно у микрофонов, и вопрошающих.

А тем временем Армения продолжает переживать одну за другой целую череду разных по силе блокад. Причем, действия соседней стороны от акции к акции становятся все более согласованней и изощренней. Так, к железнодорожной блокаде вначале добавилась автомобильная, позже — еще и информационная, теперь вот закрыт и газопровод Саратов — Ереван. Ясно, что противоборствующая сторона пытается таким образом перекрыть все жизнеобеспечивающие артерии Армении.

А КТО сказал, что блокаду транспортных путей Армении следует считать только экономической? Не оттого укрепилось такое мнение, что при каждом упоминании о ней все сразу бросаются подсчитывать нанесенный ущерб, недошедшие вагоны, требовать торжества попранной справедливости? А ведь пора бы понять, что территориальный конфликт давно уже перерос в военно-политический! Не будем забывать: варварские действия отличают людей не только жестоких, но и коварных. Вспомним, что наши соседи всегда считались искусными политиками и дипломатами. 

И тогда сразу станет ясным, почему первая блокада началась после признания на девятой сессии Верховного Совета Армении полномочий Народного совета НКАО, а вторая—после решения о включении Арцаха в состав нашей республики.

Где гарантии, что в случае принятия республиканским правительством каких-либо новых решений об НКАО не будет новая блокада, не будут расти цифры ущерба? Нет, не экономический, а самый, что ни на есть политический характер несут эти диверсии на железнодорожных, автомобильных путях и газовой магистрали. Именно поэтому они оказались на вооружении азербайджанских идеологов. Сегодня НФА, да и нынешнее правительство Азербайджана любым способом готовы укрепить в сознаний своих соотечественников мысль о том, что они в случае необходимости применят самые «решительные» меры. Вот где можно сколотить порядочный политический капитал. И что важно — совершенно безнаказанно! Ведь за противоправные действия по блокаде никто никаких наказаний еще не понес.

Интересно, верили ли люди, разрабатывающие нынешнюю конституцию, уголовный кодекс, законы, в действенность этих документов? Видимо, нет, раз для их сохранности создали такое количество правоохранительных органов. Далеко ли мы ушли, если при малейших перепадах, нас вынуждают жить по одному закону — закону силы?

И как тогда понимать двойственное отношение союзного правительства к блокаде? Действительно, с одной стороны, казалось бы, не найдется ни одного документа по карабахскому вопросу, в котором бы она не упоминалась. Но вот насколько действенным было это внимание? Возьмем, к примеру, последнее, апрельское постановление Верховного Совета СССР «О мерах по нормализации обстановки в регионе». В пункте 6 читаем:

«Советам Министров Азербайджанской и Армянской ССР... обеспечить заключение соглашений по немедленной нормализации обстановки на транспорте и разработать систему мер для надежного функционирования транспортных артерий».

Заметьте — соглашения. Интересно, до какого соглашения могут договориться зачинщик и жертва? Захотел бы Совмин Азербайджана, к примеру, взять на себя хоть часть ущерба или уплатить штрафы? 

Время показало, что нет. Не пожелали они лишиться столь действенного рычага давления. 

Как же сегодня трактовать блокадные действия Азербайджана, если не в качестве попытки спровоцировав кризис власти в Армении? Ведь, очевидно: при нынешнем положении всякое правительственное решение, в нашей республике невольно ведет к тяжелым экономическим последствиям. Неужели должна встать угроза свержения власти, чтобы применить необходимые меры воздействия?

Среди многочисленных доводов против использования войск в деблокировании приводится и такой: блокада приобрела столь широкий размах, что приостановить ее уже не представляется возможным. Но вернемся к событиям в Баку. Смогла ведь армия здесь пресечь куда более опасную акцию, чем сидячие забастовки на рельсах и железнодорожный саботаж? Могли ведь войсковые под разделения хотя бы контролировать обстановку на дороге Горис — Лачин — Степанакерт? Эта 70-километровая трасса — единственная, соединяющая Нагорный Карабах с внешним миром. Только по ней возможно обеспечить местное население и промпредприятия области продуктами питания, сырьем и топливом. Причем, все противоправные действия происходят на небольшом 10-километровом участке — близ поселка Лачин. А в результате — второй год подряд дорога бездействует. Так можно ли было лишать карабахцев последней магистрали, дороги жизни?

ПЕРЕЙДЕМ от простой констатации к более детальному рассмотрению фактов. Итак, почему столь безнаказанно и четко, без всякого внешнего сопротивления действует азербайджанский шлагбаум?

Несколько месяцев назад в печати промелькнуло сообщение о том, что на XXVIII съезде КПСС делегатами от Азербайджана были избраны министр путей сообщения Конарев, генеральный директор ТАСС Кравченко. Тогда многие не придали этим фактам должного значения. Никто не поинтересовался, почему азербайджанские парторганизации остановили свой выбор именно на них. А ведь очевидно, что все они являются действующими лицами в том спектакле, который вот уже два года разыгрывают на путях наши соседи. Действительно, имел ли моральное право министр ПС Конарев представлять на всесоюзном партийном форуме интересы республики, саботирующей работу железно-дорожного транспорта? А как оценивает свое право на мандат генеральный директор ТАСС, призванный правдиво освещать события и содействовать стабилизации обстановки в этом взрывоопасном регионе? Впрочем, результаты выборов не заставили себя долго ждать. Информация в центральных средствах печати, и без того тенденциозная, потеряла всякую объективность. В итоге, подразделения внутренних войск окончательно определили свое отношение к населению приграничных сел двух республик.

И как тут не вспомнить о пресловутой «восточной политике», которая тщательно скрывалась и десятилетиями культивировалась в Закавказье по отношению к Москве. Расчет, поставленный во главу этой идеи, был весьма прост: всячески умасливать высоких чиновников, а — долг, как известно, платежом красен, потом уже требовать от них всего необходимого. Все это в конечном итоге и привело к той двойственной политике центра к периферийным проблемам, плоды которой мы сейчас пожинаем. Суть ее заключается в том, чтобы чисто внешне создать иллюзию активной деятельности, и затем под личиной перестроившейся власти осуществлять ту же политику что и десятки лет назад.

Пожалуй, наиболее ярким примером этого является опубликованное еще на старте первой блокады, в октябре 1989 года, постановление Верховного Совета СССР «О неотложных мерах по обеспечению бесперебойного функционирования железнодорожного транспорта». Тогда оно вызвало у народа Армении горячее одобрение. И только сейчас, по прошествии времени, мы можем истинно оценить всю никчемность и однобокость этого документа. Удивляет обтекаемость обращений «к Верховным Советам и Советам Министров союзных республик, министерствам и ведомствам СССР, местным Советам народных депутатов».

Трудно понять, то ли Армения не пускает составы на территорию соседней республики, то ли Азербайджан отказывается получать свои поезда, то ли союзные министерства должны толкать паровоз до станции назначения. Зато в постановлении изобилуют всевозможные глаголы повелительного наклонения — «принять», «обратить», «поручить», «запретить», и прочее, и прочее. Ну и, как водится, по содержанию и результат: документ этот занял подобающее ему место в ряду бездействующих указов и постановлений.

И разве можно обойти стороной последнее обращение Президента СССР, где уже с полной ясностью ощущается кризис в союзных отношениях. Первое, что бросается в глаза, это непомерное увеличение числа адресатов обращения. Теперь это уже не руководители двух республик, а президенты и председатели Верховных Советов союзных и автономных республик, областных, краевых, окружных Советов народных депутатов, председатели исполкомов Советов народных депутатов. В своей телеграмме глава Советского государства предлагает им... заняться тем же, чем они занимались по сей день, то есть: «решительно преодолевать правовой нигилизм в обществе, чреватый разложением всей системы законодательной, исполнительной и судебной власти»; «обратить внимание работников всех уровней, отвечающих за экономическую сферу, на их полную ответственность за выполнение должностных обязанностей»; «предотвратить посягательства преступного мира на безопасность и права граждан».

Но вот с чем нельзя не согласиться в обращении, так это с тем, что «в первую очередь должны быть коренным образом пересмотрены позиции тех органов власти, которые мирятся с нарушением и под давлением антиобщественных сил нередко препятствуют исполнению своих функций правоохранительными органами». Так может, действительно, поставить вот так, как предлагается, вопрос ребром и определить: кто же в действительности повинен, что уже третий год в регионе нагнетается взрывоопасная обстановка, почему в Арцахе насаждается режим апартеида, и почему нельзя остановить продолжающуюся целый год блокаду.

'''А. БАГДАСАРЯН.'''