Просмотр исходного текста страницы Чего мы не знаем о Нагорном Карабахе

{{Article Info 
 | Original title        = Чего мы не знаем о Нагорном Карабахе
 | Periodical            = Журналист
 | Author                = Оскоцкий Валентин
 | Rubric                = В центре событий
 | Issue                 = 11
 | Year                  = 1991
 | Month                 = 09
 | Day                   = 

}}

<!-- 1991.september_N11.doc --><br />
Валентин ОСКОЦКИЙ,
сопредседатель Комитета российской интеллигенции «Карабах»

Парень веселый из Карабаха — <br />
Так называют всюду меня.<br />
Из модного шлягера,<br />
исполнявшегося Рашидом Бейбутовым.<br />

Грущу с тобой,<br />
К твоим причастна мукам,<br />
Горжусь тобой, великий не числом,<br />
А сильным и необоримым духом.<br />
Своим высоко поднятым челом.<br />

Сильва Капутикян.
Слово к моему народу.

1. Вступление к статье, написанное после самой статьи. Теперь многое придется оговаривать, когда что написано: до или после путча. Применительно к настоящей статье сделать это особенно необходимо...

Так вот: она была сдана в редакцию за несколько дней до 19 августа, наложившего свой отблеск на все, что ему предшествовало. В свете антиконституционного заговора нашей отечественной — дожили хунты, предпринятой ею попытки государственного переворота укрупнилось и восприятие карабахской трагедии. Не случайно не что иное, а именно Карабах как образ народной беды, как символ народной боли вошел в строки Михаила Дудина, написанные в дни мятежа и опубликованные сразу после него вместо передовой статьи в газете «Вечерний Ленинград»:

Сейчас у нас по всем приметам
Настало время Пиночета.
Народ! Тебе неведом страх.
Пусть Пиночеты мечутся.
Не дай в кровавый Карабах
Столкнуть свое Отечество...

Уроки трех августовских дней, извлекаемые сегодня, привносят новые интонации и акценты во все то, о чем думалось, говорилось и писалось прежде. Так и с этой статьей. Пиши я ее сейчас, куда энергичней выделил бы мотив личной ответственности Президента СССР за превращение Нагорного Карабаха в испытательный полигон, где отрабатывалась и все еще продолжает отрабатываться модель свержения демократических институтов власти и последующего военно-милицейского правления. По сути дела, Нагорный Карабах стал первым из оселков, самым наглядным образом выявивших нерешительность и непоследовательность М. С. Горбачева, то есть те как раз слабости, которые предопределили его политическую линию поведения, во многом благоприятствующую атмосфере заговора и переворота.

Наверняка недостаточно жесткими покажутся читателям авторские суждения о карабахских деяниях «бывших»: Председателя Верховного Совета СССР А. Лукьянова, министра обороны маршала Д. Язова, министра союзного МВД Б. Пуго, председателя КГБ В. Крючкова. Что ж, можно принять укор в журналистской непроницательности: коль скоро и тогда судил о каждом критически, надо бы было предугадать в них вдохновителей и руководителей заговора. Как и идейных единомышленников путчистов — в поддержавших переворот республиканских лидерах: президенте Азербайджана Аязе Муталибове, втором секретаре ЦК азербайджанской компартии Викторе Поляничко, возглавившем так называемый оргкомитет по Нагорному Карабаху, который по сию пору остается высшим органом самозваной власти, осуществляющей в НКАО режим чрезвычайного положения. Полезно напомнить: в недавнем прошлом Поляничко служил в Афганистане советником Бабрака Кармаля, который, как теперь выясняется, был против войны с собственным народом. Кто же в таком случае «за», если не ближайший советник?

Убежден, однако, что ужесточить «допутчевые» оценки, соотнести их с нынешним знанием и пониманием событий, о которых рассказано в статье, без труда сумеют сами читатели...

2. Из хроники карабахских событий. Апрель — июнь

Для чего, зачем вводится в том или ином районе, городе, регионе чрезвычайное положение? Зряшный вопрос. Разумеется, для того, чтобы защитить человеческую жизнь от насилия, оградить достоинство личности от унижений, обеспечить мир, покой и согласие между людьми.

В Нагорном Карабахе, где чрезвычайное положение введено почти четыре года назад, все наоборот. В 1990 году там погибло 58 человек (41 армянин, 15 азербайджанцев, 2 военнослужащих), ранено 126 (92 армянина, 32 азербайджанца, 2 военнослужащих), взято заложниками 78 (46 армян, 32 азербайджанца). С 1 января до начала марта с. г. убито 30 человек (19 армян, 5 азербайджанцев, 6 военнослужащих), ранено 17 армян, 18 азербайджанцецев, арестовано 223 армянина. Совершено 33 вооруженных нападения на армянские села, азербайджанские — ни одного). Село Цахкадзор сожжено дотла в ту самую ночь под 13 января, когда бесчинствующие танки вершили вильнюсское кровопролитие.

— Я не видел сожженных деревень, домов, школ со времени Отечественной войны,— скажет потом Юрий Черниченко на армянском телевидении, на пресс-конференции в Москве, по радио «Россия».

— Мне кажется, будто я снова побывал в Афганистане. — подтвердил Тимур Гайдар, не однажды вылетавший в Кабул в разгар афганской войны в качестве газетного корреспондента.

Предостерегая от повторения катастроф на советских атомных станциях, ученые-физики допускают возможность новых Чернобылей. Перенесем трагический символ на национальные отношения в СССР: справедливо признать, что в этой сфере своего рода Чернобылей было уже немало. И первым среди них стал Сумгаит с его кровавой резней, воскресившей трагедию геноцида, пережитую армянским народом в первую мировую войну. Судили уличную шпану, хулиганье — мелкую сошку. Погромщики-убийцы ушли от ответственности. И учинили новое побоище в Баку, где также остались безнаказанными.

Так началась цепная реакция насилия. В его эскалации Нагорный Карабах уподобился чернобыльскому реактору, который находится в неизменно взрывоопасном состоянии.

Но почему в таком случае так робко и глухо пишет об этом печать? Почему так эпизодически и неглубоко отзывается на эти кровоточащие проблемы общественное мнение? (Само собой понятно, что, ставя свои отнюдь не риторические вопросы, я имею в виду не официальную, а оппозиционную печать, не охранительское, а демократическое общественное мнение.) Видимо, потому, что, не одолев косной инерции благодушия, не были готовы к восприятию неидеализированной действительности, чудовищной реальностью которой стал противоармянский геноцид в Сумгаите и Баку. И продолжаемый ныне в Нагорном Карабахе. Ведь геноцид — это не обязательно повальная резня сразу, имеющая целью физическое истребление народа. Сначала — противоестественные условия, созданные для численно преобладающего армянского населения (на 1979 год — 75,9 процента; в последующие годы стараниями Гейдара Алиева эта цифра унизилась на 10 процентов, что некогда всесильный азербайджанский владыка не преминул поставить себе в личную заслугу) и рассчитанные на то, чтобы выжить людей из родных мест, принудить их к массовому переселению. Когда это не дало желаемых результатов, заговорило оружие, обращенное против мирных жителей. И то, и другое санкционировало азербайджанское правительство, чьи противоправные действия со стороны центра встретили если не прямое одобрение, то поощряющее равнодушие.

Свидетельством тому — трагическая хроника весны и лета этого года, когда при поддержке войск МВД СССР и регулярных армейских соединений азербайджанский ОМОН осуществил на территории НКАО и прилегающих к ней армянонаселенных районов Азербайджана операцию «Кольцо», во всеоружии богатого опыта афганской стратегии разработанную Виктором Поляничко и генералом Борисом Громовым. Я излагаю эту хронику в выдержках, строгим языком документально удостоверенных фактов.

16 апреля. На совещании с участием руководителей КГБ, МВД и прокуратуры республики президент Азербайджана Аяз Муталибов предлагает в случае неповиновения депортировать жителей армянонаселенного Шаумяновского района, сел Геташен и Мартунашен.

19 апреля. ОМОН Азербайджана начал обстреливать эти села.

23 апреля. Жители Шаумяновского района направляют руководителям страны телеграмму, в которой сообщают, что живут в условиях жесточайшей блокады. Отключены электричество, вода. После посещения района Виктором Поляничко началась настоящая война.

29 апреля. На всем протяжении армяно-азербайджанской границы ведется обстрел из автоматического оружия, танков и бронемашин населенных пунктов, расположенных на территории Армении.

30 апреля. Сообщение любительской радиостанции из Гетэшена:

«Ворвавшиеся в село войска начали погромы мирных жителей. На 21.00 убито более десяти человек, имеется много тяжелораненых, захвачены заложники... Спасите!»

1 мая. Из Геташена просят прислать вертолеты с врачами, лекарствами и продуктами. Однако ни одному вертолету не разрешается совершить посадку вблизи села.

Президент М. С. Горбачев в телефонном разговоре с Председателем Верховного Совета Республики Армения Л. Тер-Петросяном обещает взять под личный контроль меры по стабилизации ситуации.

В информационном выпуске бакинского телевидения сообщается: Геташен занят ОМОНом и войсками. 15 армян погибло, 14 ранено, 45 захвачено заложникзми. Ранены 4 азербайджанца.

2 мая. Азербайджанский ОМОН распространяет документ, из которого явствует, будто жители Геташена и Мартунашена просят дать им возможность беспрепятственно покинуть родные села. Ссылкой на этот документ председатель КГБ СССР Виктор Крючков в телефонном разговоре с Левоном Тер-Петросяном оправдывает действия ОМОНа и военных.

3 мая. Горит Мартунашен. Погибло 12 человек, 20 пропали без вести, 7 взято заложниками.

4 мая. Президент М. С. Горбачев передал Л. Тер-Петросяну через председателя КГБ СССР В. Крючкова: «Вопрос о депортации населения Геташена и Мартунашена снят. Никто не имеет права принуждать жителей этих деревень» покинуть места их проживания».

6 мая. Подразделения 4-й армии Закавказского военного округа, дислоцирующиеся на территории Азербайджана, разрушили село Воскепар Ноемберянского района Армении. Во время обстрела села Барекамаван погиб один милиционер. И в этих, и в других селах Ноемберянского района захвачено 40 заложников — в основном сотрудников МВД Армении. С вертолетов обстреляны несколько приграничных сел Горисского района.

Командующий Закавказским военным округом генерал-полковник Патрикеев заявил, что эти военные операции проводила не армия, а подчиненные Азербайджану войска МВД СССР.

7 мая. Разгромлен наряд армянской милиции. Убито 10 милиционеров и шофер, позже скончались еще трое.

Подразделения внутренних войск ворвались почти во все приграничные села Горисского района Армении.

10 мая. Сплошному обстрелу подвергается село Паравакар Таузского района. В операции участвуют 50 танков и бронемашин, 10 вертолетов, более тысячи автоматчиков.

Ночь на 11 мая. Степанакерт. Личная охрана В. Поляничко ворвалась в помещение редакции газеты «Советский Карабах». Налетчики ударили по голове сторожа Шамира Есаяна, заставили старика простоять несколько часов лицом к стене с поднятыми вверх руками. Выломали дверь кабинета главного редактора, похитили диктофон и кассеты, разбили часы, уничтожили бумаги. Опустошили другие кабинеты редакции.

29 мая. Степанакерт. На встрече с офицерами комендатуры района чрезвычайного положения военный комендант полковник В. Жуков сообщил, что азербайджанское руководство требует скорейшей депортации армянского населения из Шаумяновского района. Офицеры информированы также о том, что министр внутренних дел СССР Б. Пуго высоко оценивает действия азербайджанского ОМОНа в Геташене и на территории НКАО. По его словам, азербайджанский ОМОН «успешно выполняет боевые задачи».

1 июня. Совершено нападение на ферму села Эркеч. Убит Борис Дадьян, отец 12 детей.

2 июня. В Степанакерте неизвестные ворвались в здание УВД НКАО и похитили дежурного по городу — майора Грачика Шахбазяна.

3 июня. Вооруженное нападение на ферму села Ин Таглар Гадрутского района НКАО. Взяты в заложники два человека, угнано 150 голов крупного и 500 голов мелкого рогатого скота.

При обстреле села Караглух ранено два человека.

3. У лжи длинные ноги

Именно так: не короткие, а длинные — вопреки присловью...

В самом деле, уважаемые читатели «Журналиста»: многие ли факты из приведенной усеченно хроники вам известны? Наверняка — немногие. И это вам, читателям профессиональным. Как же быть тогда с так называемым массовым читателем, приученным знать одно то, что официальные печать, радио, телевидение сочтут достойным его знания?

Так, совсем не случайно не проникла туда даже куцая информация о двукратной поездке в Нагорный Карабах, Азербайджан и Армению группы экспертов Международного конгресса памяти Андрея Сахарова «Мир, прогресс, права человека», их пресс-конференциях и отчетах. Первый раз они побывали на местах событий в конце мая, сразу по завершении конгресса в Москве. Как ни стесняли азербайджанские власти свободу передвижения делегации, почерпнутых впечатлений оказалось достаточно, чтобы прийти к неопровержимому заключению: все, что происходит в Нагорном Карабахе и вокруг него, является не чем иным, как противоармянским геноцидом.

Разумеется, Президиум Верховного Совета Азербайджана фальщивым пером своего члена — академика А. Дашдамирова — попытался тут же оспорить выводы независимых экспертов, приписав им избирательный подход к правам человека, необъективность и предвзятость на том зыбком основании, что в отчете о поездке они «не сочли нужным использовать полученную в Азербайджане информацию». Но ведь потому и «не сочли», что источники ее не заслуживали доверия, а сведения, предоставленные ими, оказались насквозь лживыми...

Вторая поездка той же группы, возглавленной баронессой Каролайн Кокс (Великобритания), состоялась спустя полтора месяца. За истекшее время, суммируют эксперты свои наблюдения, «напряженность в регионе усилилась... Если депортации будут продолжаться, то между Арменией и Азербайджаном может возникнуть крупномасштабный вооруженный конфликт».

Та же безгласность постигла многодневные слушания «карабахского вопроса» в Комитете по правам человека Верховного Совета РСФСР. С развернутыми свидетельскими показаниями перед Комитетом выступили десятки очевидцев омоновского разбоя в армянских селах, а так-же военнослужащие, во исполнение приказа потворствовавшие преступлениям ОМОНа.

В глухих безднах информационного вакуума размываются достоверные события, тонут доподлинные голоса. Даже голос Председателя Верховного Совета Республики Армения Левона Тер-Петросяна, сделавшего 4 мая в Москве такое заявление:

«К истории убийств и погромов в Сумгаите, Кировабаде, Баку добавлена еще одна зловещая страница — откровенный геноцид, осуществляемый в армянонаселенных селах Геташен (Чайкенд) и Мартунашен Азербайджанской ССР. С 30 апреля в результате армейской операции совместными действиями подразделений Советской Армии, внутренних войск и частей азербайджанского ОМОНа погибло, по предварительным данным, 36 мирных граждан армянской национальности, имеются десятки раненых. При этом попытки населения осуществить самооборону представляются как действия боевиков.

Однако если в Сумгаите, Кировабаде, Баку кровавые действия осуществлялись озверевшей, неуправляемой толпой, то сегодня преступления творят государственные вооруженные формирования, выполняющие приказы высшего командования. Налицо качественно новое явление: задействованы все рычаги государственной военной машины. Следовательно, речь идет о государственном терроре против собственных граждан. Создается опасный прецедент, когда терроризм возводится в ранг государственной политики».

Не дошло до советской общественности и принципиальной важности заявление исполняющего обязанности министра внутренних дел Армении Ашота Маначуряна, развеявшего на ереванской пресс-конференции легенду о том, будто совместные действия армейских соединений, внутренних войск и азербайджанского ОМОНа предприняты во исполнение Указа Президента СССР о разоружении незаконных боевых формирований. Демагогически истолковав этот Указ в свою пользу, как направленный исключительно против армянских «боевиков», азербайджанская сторона, поддержанная армией и войсками МВД СССР, предприняла агрессию против мирного населения. Не случайно абсолютное большинство людей, убитых, раненных или плененных на территории Армении, составили работники правоохранительных органов республики, а не мифические «боевики» и «террористы». Вот и получается, что всю мощь своей военной машины государство обрушило на государственную же милицию, исполняющую служебный долг по защите мирного населения. Отсюда и своеобразный счет боевых трофеев, взятых в ходе наступательных операций: из 166 единиц огнестрельного оружия, якобы конфискованного с 5 по 10 мая, 124 отобраны у милиционеров. Остальные — охотничьи ружья, зарегистрированные их владельцами...

Уж если заявления государственных деятелей Армении возможно заглушить, будто зарубежные радиостанции в разгар холодной войны, то что говорить тогда о свидетельствах «рядовых» граждан? С ними и вовсе не пристало считаться. Как, например, с телеграммой независимой журналистки Натальи Петровой, за неимением надежных адресатов в родном отечестве, воззвавшей к Международному сахаровскому конгрессу:

«...В течение нескольких месяцев, работая над фильмом «Дети Карабаха» в НКАО, а также став очевидцем событий последних дней в Гадрутском районе НКАО, я поражена несовместимостью творящегося здесь с законностью, этическими, нравственными и общечеловеческими нормами... Азербайджанские омоновцы врываются в села под прикрытием бронетранспортеров, советских солдат. Убивают мужчин, насилуют женщин, детей. В Джебраиле на допросах дети подвергаются пыткам, избиениям. В селах сажают жителей, особенно молодежь, в автобусы и увозят в тюрьмы и концлагеря за пределы НКАО: в Физули, Агдам, Джебраил. По дороге жителей грабят, вырывают золотые зубы, ломают пальцы рук, насилуют детей на глазах родителей... Журналистов, которым все-таки удалось преодолеть все преграды, выдворяют под различными предлогами из районов НКАО. Я неоднократно подвергалась такого рода давлению — моральному и физическому.

Я обращаюсь ко всем коллегам, журналистам и участникам конгресса с просьбой вынести эту информацию за пределы Советского Союза...».

Леденящий ужас охватывает, когда вникаешь в невыдуманные, в неприглаженные рассказы людей о пережитом. Начать с тех, что собраны в подписанной 17 мая старшим помощником Генерального прокурора Республики Армения, старшим советником юстиции А. К. Арутюняном справке «по уголовному делу №622011/91, возбужденному в связи с событиями, имевшими место в отношении армянского населения, проживающего в Шаумяновском районе и селах Геташен и Мартунашен Ханларского района Азербайджанской ССР»:

«...С раннего утра 30 апреля 1991 г. подразделения Советской Армии, внутренних войск МВД СССР и отряды милиции особого назначения МВД АзССР согласно предварительно разработанному плану в сопровождении бронемашин, танков, военных вертолетов совершили открытое нападение на мирное население сел Геташен и Мартунашен. Вслед за военнослужащими и омоновцами следовала толпа азербайджанцев с целью грабежа. Все это делалось под надуманным предлогом проверки соблюдения паспортного режима, выявления проникших в эги села армянских боевиков, обнаружения оружия и боеприпасов...

Из многочисленных показаний очевидцев усматривается, что многие воины были в нетрезвом состоянии, во избежание возможного в дальнейшем опознания закрасили свои лица.

По неполным к настоящему времени данным, убиты 19 человек и в числе их Ванес Ахумян (76 лет.) Папик Сейранян (85 лет), Гянджумян (80 лет), Оганес Оганесян (65 лет), Хачатур Давтян (66 лет), Ором Минасян 90 лет...

Свидетельница Тевосян Рима показала, что омоновцы в присутствии русского полковника отрезали уши ее свекру Вагаршаку Тевосяну. Потерпевшая Р. Акопян пояснила, что омоновцы, ворвавшись в их квартиру, раздели ее догола, похитили деньги в сумме 3200 рублей, а затем вывели ее в сад и фотографировали в голом виде.

Военнослужащие и азербайджанские омоновцы под угрозой оружия и с физическим насилием забрали у Аркадия Саряна 8 тыс. рублей, Сейранян Нуник — 5 тыс. рублей, Борика Джавадяна — 4700 рублей, Зарик Габриелян — 4 тыс. рублей, деньги Араксии Бабушян, Эльмиры Атанесян и других. В присутствии и с ведома майора Рубцова похищена автомашина А. Саряна марки «Нива»... Как усматривается из показания свидетеля Норика Джавадяна, омоновцы сорвали золотые зубные протезы Заргаряна Алексея и Акопяна Яши.

По уточненным следствием данным, с начала проведения военных акций против жителей сел Геташен и Мартунашен военнослужащими и омоновцами захвачены в качестве заложников 53 человека. Эти лица в возрасте от 28 до 85 лет, в их числе безногий инвалид Великой Отечественной войны, 75-летний Александр Чилингарян, были захвачены в своих домах. 29 заложников в течение трех часов лежали лицом к земле, подвергались избиению и ограблению. У них забраны деньги и золотые веши, разорваны паспорта. Бандиты принудили их на коленях ползти до стоявшей поодаль автомашины, в которой затем привезли их в село Камо, где председатель исполкома Ханларского районного Совета Мамедов в присутствии не установленных следствием офицеров высшего состава путем угроз принуждал заложников подписать заранее составленные заявления о якобы добровольном выезде с постоянного места жительства. Мамедов при этом предупредил, что в противном случае они будут расстреляны. Затем военнослужащие и омоновцы топтали их ногами, избивали, заставляли есть сигареты, подвергали другим унижениям...

В целях оправдания проводимых широкомасштабных военных операций и направления общественного мнения против армянского населения, сокрытия бесчинств и жестокостей, творимых военнослужащими и омоновцами, военные власти прибегли к лжи, чтобы как-то оправдаться и «доказать» наличие «армянских боевиков». Так, не обнаружив в упомянутых селах ни одного вооруженного человека, они под угрозой расстрела переодевали в форму боевиков заложников — мирных жителей и, накинув им на плечи незаряженные автоматы, фотографировали... Свидетели отмечают крайнюю жестокость совершенных убийств. Так, Бабаджанян Зарик и Агамир Исраелян показали, что, убив топором Мельсика Согомоняна в его же доме, бандиты затем расчленили труп, чтобы парализовать сельчан страхом. После убийства 65-летнего Оганесяна Оганеса Макаровича и 57-летнего Мелкумяна Шамира Аршаковича военнослужащие с той же целью раздавили их трупы гусеницами танков...

Позже военнослужащие чинили препятствия совершению похоронных ритуалов, вследствие чего большинство трупов было зарыто во дворах домов. Действия военных исключили возможность производства соответствующих судебных экспертиз и следственных действий...».

Жутко? Мне тоже. Но как быть и что делать, если мы обречены ныне знать жестокую правду о новых Хатынях и собственных Сонгми?

И еще — трудно не вспомнить вслед за Зорием Балаяном, писателем, народным депутатом СССР, как в 1988 году, после землетрясения, министр обороны СССР маршал Язов вместе со своей армией вызволял в зоне бедствия людей, погибавших в бетонных завалах. Сегодня, спустя три года, та же армия, подчиненная тому же Язову, убивает спасенных ею, разрушает их дома, опустошает села.

В сравнении со страданиями, описанными в следственной справке, мытарства геташенцев Ашота Мхитаряна, 56 лет, и его 80-летней матери Ареват Мхитарян выглядят, на счастье, легкими. Но и у них своя боль:

— Внутренние войска и омоновцы заставили нас внести государственную плату в размере 142 рублей для перевозки нашего имущества. Затем они взяли себе в карман еще 600 рублей, якобы для того, чтобы перебросить наше имущество к границе с Арменией в целости и сохранности.

В итоге нас выбросили у азербайджанского поста ГАИ и сказали, чтобы ждали свои вещи. Прибыли практически пустые грузовики — было украдено все ценное (телевизор, холодильник, ковры, электроприборы, вся утварь и посуда). Оставшиеся постельные принадлежности были исколоты и изрезаны ножами. Но даже за перевозку этих изрезанных тряпок внутренние войска потребовали с нас плату, и мы отдали последние деньги...

Суровое испытание выпало Арустаму Захаряну из села Доланлар Гадрутского района:

— В нашем селе проживало сто семей. 15 апреля военные вместе с азербайджанскими омоновцами вошли в село, сопровождаемые шестью танками. Омоновцы стали сразу стрелять в воздух, наводя панику. Затем мы увидели жителей близлежащих азербайджанских сел, с которыми мы прежде дружили. Они-то и начали грабить. Из моего дома унесли старинный карпет — ковер ручной работы. Я стал просить, чтобы оставили хоть эту семейную реликвию. Меня начали бить. Азербайджанский полковник, ругаясь, схватил меня за усы и стал таскать, приговаривая: «Вот тебе, паразит, семейная реликвия!» Я вышел из села последним. Дома горели, кладбище бульдозерами и тракторами сровняли с землей.

И снова Геташен, это армянское Сонгми, о котором рассказывает Эльмира Акопян:

— Лучше бы мои глаза ослепли, чтобы не видеть того, что случилось. 30 апреля в центр деревни ворвался танк. Танками окружили и все окраины села. Очевидно, думали, что все наше село из 2500 жителей состоит в отрядах боевиков. Вместе с военнослужащими были азербайджанские омоновцы. Первую раненую, мою соседку, я увидела в жутком состоянии. Она вся была оборвана. Видимо, ее изнасиловали. Рука у нее была тяжелоранена. Я побежала за доктором Геворком, который прилетел из Еревана на вертолете. Он тут же поставил диагноз: ампутировать руку... Но она начала плакать, умолять, что не "сможет одной рукой вырастить своих троих детей... Хирурга Геворка взяли в заложники вместе со всеми нашими мужчинами, начиная с 16 лет и старше... Одна моя знакомая старушка осталась сидеть у порога своего дома. Она сказала, что такую старую женщину никто не тронет. Но ее расстреляли у порога...

Наши парни взяли солдат заложниками. Майор Кравцов вступил в переговоры, и был произведен обмен. В больницу привезли многих наших освобожденных заложников с перебитыми ребрами, ногами, руками, отрезанными ушами, выколотыми глазами, а у 33-летнего мужчины, Чилингаряна Межлума, с живого сняли скальп. «Неужели наши люди это творили!» — воскликнул от ужаса московский журналист. Если он честный человек, сам напишет об этом...

Журналистом оказался корреспондент «Московских новостей» Владимир Емельяненко. Все, что видел в Геташене, он воспроизвел в репортаже, не просто подтвердившем рассказ Эльмиры Акопян, но и восполнившем его не менее ужасающими подробностями и деталями.

Против таких нечастых, но заметных публикаций охранительская печать направила мощный залп провокационных заявлений чиновных и сановных лиц. Суть их в вожделенном стремлении навести тень на плетень: замолчать причины и извратить характер событий, связанных с массовой депортацией армян, снять ответственность за них как с азербайджанского руководства так и с союзного командования армией, переложить вину за преступные действия внутренних войск и азербайджаского ОМОНа на так называемых «армянских боевиков к которым относят каждого, кто противится насилию.

Свою лепту в очередную пропагандистскою кампанию невольно внесла даже «Независимая газета». Блюдя «объективность», она поместила 25 июня интервью с председателем Верховного Совета Азербайджанской Республики Эльмирой Кафаровой и не сочла нужным сопроводить текст хотя бы единым словом своего комментария. Тем самым редакция как бы амнистировала и такой ключевой, вынесенный в заголовок тезис высокопоставленной дамы: «Не мы инициировали кровавое столкновение». Еще дальше пошла редакция «Известий», напечатав в тот же день беседу с Аязом Муталибовым, который назвал кровавые события апреля — июня армянской агрессией против суверенного Азербайджана. Любопытно, что в роли интервьюера азербайджанского президента выступил небезызвестный узурпатор «Недели» В. Севрук. Но несомненное первенство в ряду этих и аналогичных им фальсификаций принадлежит «Правде», предоставившей 26 июня слово сразу трем дезинформаторам генеральского звания: первому заместителю министра внутренних дел СССР И. Шилову, первому заместителю Генерального прокурора СССР А. Васильеву, начальнику управления по защите советского конституционного строя КГБ СССР В. Воротникову.

Из интервью с ними явствует, что только благодаря административному задержанию 413 человек и возбуждению уголовных дел против 64 из них (стало быть, 349 арестовали понапрасну?) в НКАО и на границе двух республик «стало спокойнее». Что никакие карательные акции, тем паче бесчинства по отношению к мирному армянскому населению не допускались, а два (всего два!) сигнала об убийстве и изнасиловании «не нашли подтверждения». Что речь в крайнем случае может идти лишь о печальных инцидентах, в ходе которых «где-то поломали мебель», но и по ним «ведется служебное расследование», не дающее малейших «причин для недоверия нашим азербайджанским коллегам». Что, наконец, «насильно мы никого не переселяли», а тот, кто показывает обратное, поступает по коварному наущению и злостному принуждению армянской стороны, вконец запуган ею. И тем самым злоумышленно дискредитирует, «наш конституционный строй» (как будто возможно опорочить его больше, чем он порочит себя сам!), подрывает «доверие к законной власти» (где она в Нагорном Карабахе?), клевещет на государство и общество, потворствует разрушительным силам, которые тщатся «антиконституционным путем перекроить республиканские границы». Кстати заметить: ни в одном документе Верховного Совета и правительства Армении о пересмотре границ и слова нет...

И редакция «Правды», и ее услужливый — чего изволите? — корреспондент Г. Овчаренко, и привилегированные авторы, которых он интервьюировал, лживы демонстративно, цинично, вызывающе. Им ли не знать, не ведать, какой необъятный поток протестов против насилия и беззакония, заявлений и обращений, писем и жалоб, призывов о помощи и спасении хлынул в Москву в апреле — июне, чтобы, не дойдя зачастую до прямых адресатов, в большинстве своем мертвым грузом осесть в сановных сейфах и чиновных столах многоразличных ведомств, включая и те, что подчинены непосредственно троим соавторам.

На конец июня, когда «Правда» поместила эту ложь, число депортированных армян превысило 5 тысяч, из них 3 тысячи находились в приграничной полосе, под открытым небом, без пищи, воды, медикаментов. 40 человек было убито, 75 ранено и изувечено, 453 захвачено заложниками. Троим из заложников уже не суждено вернуться: они убиты. 322 были освобождены после избиений и пыток, вынесенных в заключении. 128 по-прежнему оставались в азербайджанских тюрьмах.

Уместно напомнить: среди этих 128 значился и ереванский фотокорреспондент Информационного агентства новостей Вардан Оганесян, находившийся в Геташене как раз в день омоновского штурма.

Вызволение отважного журналиста, взявшего на себя гуманистическую миссию посредника, из азербайджанской (город Гянджа) тюрьмы могло бы произойди не 18 июля, а несколькими неделями раньше, если бы агентство не поспешило трусливо уволить своего сотрудника сразу после его противозаконного ареста. Постыдный, но характерный факт, зеркально отражающий беспринципное поведение московских «миротворцев», потакающих преступлениям и ублажающих преступников...

Примечательно, что и правдинская, и другие фальсификации появились как раз в тот недолгий период, когда едва-едва забрезжила робкая надежда если не на ослабление напряженности вокруг Нагорного Карабаха, то хотя бы на прекращение кровопролития, приостановление эскалации насилия. Как знать, не в том ли и состоял коварный умысел, чтобы лживыми россказнями усыпить общественное мнение, отвлечь внимание от тайком замышлявшихся новых противоправных актов насилия? Ведь вскоре они не замедлили воспоследовать...

4. Из хроники карабахских событий. Июль — август

3 июля. Погром в поселке Овсепаван, где живут беженцы из Сумгаита, Шуши и Баку. Участвовавший в «операции» комендант Аскеранского района заявил: «Рано или поздно вы уедете. Вода здесь азербайджанская, вы не имеете права ею пользоваться». И отдал приказ отключить воду.

В селе Каринтаг Шушинского района арестовано 15 человек. Так называемая «проверка паспортного режима» сопровождалась погромами и грабежами.

Подверглись нападению 8 сел Мардакертского района, а село Ванк — обстрелу из бронетехники и с вертолетов.

4 июля. Президентом СССР подписан Указ об отмене чрезвычайного положения в Шаумяновском районе Азербайджана.

Под прикрытием войск МВД СССР азербайджанский ОМОН ворвался в село Саришен Гадрутского района НКАО, открыл огонь по жителям, ранив одного человека. Угнан весь скот, вывезена сельскохозяйственная техника, дома разграблены.

5 июля. Занявшие Саришен омоновцы обстреляли село Бадишен. При поддержке внутренних войск подразделения ОМОНа вошли в села Атерк и Заглик Мардакертского района. При обстреле работавших в поле крестьян убит 25-летний Георгий Чобанян.

В карательных акциях наряду с внутренними войсками и ОМОНом участвуют гражданские лица азербайджанской национальности — преимущественно жители соседних сел и районов. Вслед за ОМОНом они врываются в села и грабят дома. При этом во многих селах омоновцы зачитывают через мегафон обращение к жителям: «Армяне, уходите! Горбачев на нашей стороне. Неужели вам не ясно, для чего принят Указ Президента? Даем вам срок до утра».

6 июля. В соответствии с президентским Указом из Шаумяновского района начат вывод войск МВД СССР. Одновременно ОМОНом предпринят обстрел сел Манашид, Эркеч и Бузлух. Убит 62-летний Эдуард Арутюнян, ранено 10 человек.

15 июля. Бой между окружившими Эркеч армейскими подразделениями и жителями села. Убиты двое, ранены 15 жителей. С азербайджанской стороны погибли двое и ранены 15 омоновцев.

16 июля. В окрестностях села Агорти Мартунинского района НКАО убит 33-летний учитель местной школы Валерий Карапетян.

В ночь на 18 мюля. Группа омоновцев в количестве 20 — 30 человек проникла на территорию Горисского района Армении и обстреляла пастухов в окрестностях села Хнацах. Убиты два человека.

19 июля. В степанакертском аэропорту омоновцы избили экипаж самолета ЯК-40 армянского управления гражданской авиации, изнасиловали студентку одного из ереванских вузов.

20 июля. Вертолеты высадили десант вблизи сел Веришен, Эркеч и Бузлух. Перестрелка между десантом и жителями продолжалась до поздней ночи и возобновилась утром следующего дня.

22 июля. Группа вооруженных азербайджанцев в количестве 10 человек проникла на пастбище села Артис Горисского района Армении и обстреляла пастухов. Убит пастух Размик Айралетян, угнано 900 голов скота.

25 июля. Жителям Веришена предъявлен ультиматум военного командования: под угрозой физического уничтожения немедленно покинуть село, дав согласие на «добровольное» переселение в Армению или НКАО. В таком случае гарантируется безопасный переезд.

27 июля. Выступая по республиканскому телевидению, Президент Азербайджана Муталибов призвал к немедленному заселению сел Эркеч, Манашид, Бузлух. Азербайджанским переселенцам обещано обеспечение подъемными и скотом.

29 июля. При патрулировании окрестностей села Цатджрек Варденисского района Армении, расположенного в 5 километрах от границы с Азербайджаном, обстрелян наряд милиции. Убит сержант Вардан Баласанян. В нападении участвовали 35 — 40 азербайджанских омоновцев.

4 августа. Народными депутатами СССР, РСФСР и Ленсовета В. Смирновым, Л. Пономаревым и А. Винниковым, находящимися в селе Веришен, направлена телеграмма, адресованная Горбачеву, Ельцину, Муталибову, Язову и Пуго. В ней сообщается, что бронетехника прекратила действия против осажденных армянских сел, но автоматный и пулеметный обстрел продолжается. Эркеч, Манашид и Бузлух поспешно заселяются азербайджанскими переселенцами. В целях нормализации обстановки депутаты предлагают:
— отвести подразделения армии к местам постоянной дислокации; срочно прекратить заселение азербайджанскими переселенцами захваченных сел; вывести из Шаумяновского района азербайджанский ОМОН, терроризирующий население; установить разделительные посты между армянскими и азербайджанскими населенными пунктами силами внутренних войск, не участвовавших в конфликте; гарантировать депортированным жителям возвращение в села.

При выполнении перечисленных условий силы армянской самообороны обязуются отказаться от своих операций...

5. О честном слове и «всемирной отзывчивости»

Все никак не можем привыкнуть к тому, что среди нынешних политиков, облеченных властью, немало таких, чье самое честное слово, как мыльный пузырь, ровным счетом ничего не значит. И добро бы одних нас, грешных, далеких от высоких государственных сфер, то и дело подводило собственное легковерие. Так нет же. На что, кажется, терт и бит жизнью, учен-переучен ею Левон Тер-Петросян, а и он, похоже, поймался на том же. Возвратившись в Ереван после очередного раунда в Ново-Огарево, он явно поспешил обнадежить армянских парламентариев, сказав, будто Президент Азербайджана держит обещание, которое дал на подмосковной встрече: азербайджанский ОМОН находится «вне игры» и никаких новых карательных акций против армянского населения Нагорного Карабаха и прилегающих к НКАО районов больше не предпринимает. Не успело это заявление дойти до центральной печати, как в конце
июля — начале августа ситуация опять изменилась к худшему.

Вот и доверяй честному президентскому Аяза Муталибова. Ничуть не более честному, чем слово маршала Язова, министра обороны и обер-лгуна по совместительству (возможно и наоборот). 23-я дивизия 4-й армии Закавказского военного округа продолжала активно участвовать в осуществлении насильственной депортации армян уже после того, как он заверил, будто отдал приказ о выводе из региона всех подразделений Вооруженных Сил СССР.

Так что же — и нет никакого просвета в круговой поруке всепроникающей дезинформации, обмана и лжи? А значит, и надежды на выход из тупика?

Есть и просвет, и надежда. Они в реальных действиях, направленных на активное сопротивление геноциду, на разоблачение скрывающих его фальсификаций.

Вот обращение народного депутата СССР, председателя координационного совета «Военные за демократию», полковника Владимира Смирнова к офицерам и солдатам, проходящим службу в Азербайджанской Республике:

«Вас используют в преступной необъявленной войне против своего народа. Правительство Азербайджана при попустительстве и содействии центра сделало вас орудием в политической борьбе, которая ведется средневековыми методами...

Солдаты и офицеры! Проводите собрания, разберитесь, куда вас везут и кто везет. Вы присягали служить народу, а не воевать с ним в интересах партократии. Помните, что ответственность за совершенные вашими руками военные преступления ложится не только на авторов преступлений, но и на исполнителей».

Не на бесплодную каменистую землю падают такие слова. Верная себе центральная печать охранительского толка может замолчать, утаить, сокрыть случаи перехода военнослужащих на сторону армянской самообороны, но не в ее силах воспрепятствовать гуманистическому состраданию народу, ставшему бесправной жертвой оголтелого насилия.

Ах, как хотелось бы, чтобы и на азербайджанской стороне нашлись люди, которым достанет мужества признать за многострадальным армянским народом историческую правоту! Увы, даже среди научной и творческой интеллигенции не оказалось пока что никого, кто хотя бы вполголоса осудил резню в Сумгаите, призвал к ответу виновных в геташенском побоище. Но не может же быть того, что и в ее сознании так уж и не отзовутся никогда ни мировое общественное мнение, ни та, говоря хрестоматийным литературным определением, «всемирная отзывчивость», которую применительно к России непозволительно часто сводят лишь к громкой фразе, до глянца затертой, повторяемой до нестерпимости всуе.

Гражданским актом стала гуманистическая деятельность в Нагорном Карабахе народных депутатов СССР и РСФСР, Моссовета и Ленсовета, представителей российской общественности. Их конструктивные программы выхода из кризиса принципиально носят не отвлеченный миротворческий, а конкретный правозащитный характер. Заявление депутатских фракций Съезда народных депутатов РСФСР в связи с намечавшимся в августе подписанием союзного договора — тоже документ, не преданный широкой огласке:

«Делая настоящее заявление, мы ни в коем случае не принимаем чью-нибудь сторону в достойном глубокого сожаления конфликте между Арменией и Азербайджаном. Однако никакие ссылки на действия противоположной стороны не могут оправдать осуществляемую с конца апреля этого года при содействии Вооруженных Сил СССР массовую депортацию армянского населения.

Подтверждая уважение к суверенитету Азербайджана и Армении, мы не считаем возможным включение в будущий союз какого-либо государства, являющегося участником вооруженного конфликта, так как подписание Россией соответствующего договора означало бы — согласно его условиям — вовлечение России в этот конфликт ради защиты одной из сторон».

Закономерно, что в свете высказанных положений авторы заявления признают неприемлемым и нынешнее участие Вооруженных Сил СССР в карабахских событиях, считают возможным использовать в них только специализированные части, сформированные на профессиональной и добровольной основе, как это предусмотрено постановлением второго Съезда народных депутатов РСФСР «О порядке участия военнослужащих срочной службы в разрешении межнациональных конфликтов».

А между тем в день, когда заканчивалась работа над этой статьей, Интерфакс передал очередное тревожное сообщение. Президент Азербайджана Аяз Муталибов распорядился обстреливать все вертолеты, которые будут нарушать воздушные границы Нагорного Карабаха. Откуда такая вседозволенность противоправных действий?

Она сродни намерениям союзного руководства в лице А. Лукьянова, Б. Пуго, Д. Язова, которые недвусмысленно дали понять делегации НКАО, возглавленной народным депутатом СССР Генрихом Погосяном: карабахский кризис будет урегулирован лишь при условии, что Армения останется в составе СССР. Так продолжается политическая игра, непомерной ставкой в которой объявлено самосохранение народа, воспротивившегося имперскому диктату. Так ведущие игроки проявляют недюжинную сноровку в совершенствовании недостойных и, прямо сказать, нечистоплотных приемов.

Но кому выявлять их нравственную несостоятельность, если не свободной, демократической печати?..
1991 г., август

6. Заключение, продолжающее вступление

20 августа, когда у «Белого дома» в Москве решалась судьба страны, начальник отдела охраны общественного порядка Министерства внутренних дел Азербайджана М. Д. Мамадаев направил письмо «гр-ке Гюмреци А. ф.»:

«Ваше телеграмма, адресованная Президенту СССР нами рассмотрено (так в тексте.— В. О.). Сообщаем, что на территории НКАО Азербайджанской Республики для охраны общественного порядка личный состав ОМОНа не привлекается. Ограниченное количество сотрудников этого подразделения (ну, как, право, не вспомнить ограниченный контингент войск в Афганистане! — В. О.) несут службу в аэропорту гор. Ходжалы по досмотру багажа пассажиров в целях недопущении провоза ими запрещенных грузов, в т. ч. оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ. Неправомерных действий со стороны сотрудников ОМОНа, а также Азербайджанское милиции не установлены».

Можно было бы не обратить внимания на циничное крючкотворство не шибко грамотного милицейского начальника, если б не роковая дата, воспринятая в Азербайджане сигналом к новым противоармянским акциям. Непосредственно в дни путча секретарь-председатель Поляничко приказал нанести ракетный удар по селу Веришен. Только 21 августа на село обрушилось более 70 снарядов, сожжено 18 домов.

26 — 27 августа азербайджанский ОМОН вместе с подразделениями 23-й дивизии 4-й армии вел обстрел села Карачинар. 30 августа благодаря посредничеству группы народных депутатов СССР между армянскими и азербайджанскими селами достигнуто соглашение о начале полевых работ и спасении урожая. Однако уже на следующий день омоновские БТРы окружили село Карачинар, а вертолеты начали доставлять вооруженных людей и боеприпасы. 2 сентября возобновился обстрел села Веришен. Соглашение было сорвано, обе стороны вновь приступили к боевым действиям.

Это обострение обстановки, несомненно, ускорено путчем, во время которого газета «Советский Карабах» наперекор распоряжениям поляничковского оргкомитета и военной комендатуры не опубликовала ни одного указа самозваного ГКЧП. Прямой реакцией союзного центра на столкновения, возобновившиеся под путчистский шум, явилось заявление министра обороны СССР Е. Шапошникова: «Армия уйдет только тогда, когда в этом регионе восстановится мир». Сам собою восстановится? Все перевернуто с ног на голову, проблемы и задачи второго ряда заняли место первоочередных.

Карабахский узел не развязать без восстановления в полном объеме законно избранной власти НКАО — областного Совета народных депутатов. Ему в Степанакерте, а не Министерству обороны в Москве решать, выводить или не выводить союзные Вооруженные Силы из Нагорного Карабаха, нужны или не нужны они для восстановления и обеспечения мира в регионе. В обоснование того и другого решения можно привести двоякие доводы. Безусповные факты есть в пользу армии: ограждая армянские села от азербайджанского ОМОНа, она сдерживала его бесчинства, препятствовала разбою и убийствам. Но столь же безусловны и факты противоположные, свидетельствующие о том, что армейские части нередко потворствуют насилию, да и сами вершат его.

Однако не в том вовсе дело, каких фактов — за армию или против нее — больше, а каких меньше. Главное в том, кому извлекать из них надлежащие выводы, принимать на их основе решения. Не союзному и не республиканскому руководству, а местной власти, выражающей волю населения. Ею и пренебрег новый министр обороны, послушно пойдя на поводу у Муталибова — Поляничко. Не в смысле повторения подсказанных слов. Скорее всего, в смысле воздействия навязанных стереотипов.

Но если мы признаем бесспорное право решать проблемы региона за местной гражданской властью, то и «Декларация о провозглашении Нагорно-Карабахской Республики», принятая 2 сентября на совместной сессии Нагорно-Карабахского областного и Шаумяновского районного Советов народных депутатов, не должна вызывать, сомнений в ее законности. Отстаивая принятое решение в обращении к чрезвычайному Съезду народных депутатов СССР, участники сессии ссылаются на систематическое игнорирование союзными органами всех призывов о помощи, которые исходили на протяжении последних лет из Нагорного Карабаха.

«...С начала карабахских событий прошло достаточно времени. В стране и республиках происходят глубокие демократические преобразования, изменились оценки и подходы ко многим событиям и фактам. Сегодня уже очевидно, что затягивание решения проблемы Нагорного Карабаха ввергло два соседних народа в состояние глубокой конфронтации и вооруженного противостояния. Сохранение и далее такого положения чревато более серьезными последствиями для обоих народов, других народов нашей страны.

Во избежание этого приемлемое решение проблемы должно быть безотлагательно найдено. К такому решению нас привел парламент Азербайджанской Республики, 30 августа с. г. провозгласивший восстановление государственной независимости Республики».

Надо ли объяснять, чем грозит обернуться для Нагорного Карабаха независимость Азербайджана, даже если она и не осуществится в форме выхода из СССР? Вот почему провозглашение Нагорно-Карабахской Республики, которая «оставляет за собой право самостоятельно определять свой государственно-правовой статус», воспринимается полномочным актом самозащиты армянского населения региона, гарантией его выживания, самосохранения.

Так в трагической карабахской летописи перевернута еще одна страница, начата новая глава. Когда номер «Журналиста» с этой статьей поступит к читателям, мы уже будем знать ее продолжение. Неужто и оно не принесет перемен к лучшему?..

1991 г., сентябрь 2 «Журналист» №11.