Скалы разрушаются медленно

Материал из Karabakh War Press Archive
Перейти к: навигация, поиск
Original title: Скалы разрушаются медленно
Author: Дзедулис Зигфрид
Source: Юрмала № 26 (1530) from 1989-06-29


Двадцать шестой номер газеты за этот год мы целиком посвящаем Армении и армянскому народу. Материалы, помещенные в этом номере, а также те, что еще готовятся к публикации, появились в месячный срок со времени возвращения четырех журналистов — Андры Яуце, Анжелы Гаспарянц, Юриса Лаксова и автора этих строк — из недельной командировки в Ереван, Ленинакан и другие города Армении.

В этом номере мы попытались честно и правдиво рассказать о тех страданиях, о том моральном и физическом ущербе, унижениях, которые за последние полтора года пережил армянский народ.

Однако даже если удвоить число страниц этого номера, мы не смогли бы написать обо всем.

В действительности, многого мы не видели. Ведь полтора года и одна неделя — это несопоставимые временные отрезки.

Мы не видели парализованный забастовками Степанакерт в Нагорно-Карабахской области, расправу с армянами в Сумгаите, танки, бронемашины и вертолеты, буквально заполнившие в прошлом году землю и воздух Армении, не видели кровавые столкновения и трупы.

Мы не были очевидцами того, как на ограду, плотным кольцом окружающую здание ЦК КП Армении, денно и нощно охраняемую милицией и войсками, вывешивалось женское белье — как знак презрения народа к назначенным сверху местным государственным мужам (когда мы об этом рассказали одному из коллег, он довольно метко заметил: «Что же это за правительство, которое так боится своего народа?!»).

Мы не видели, как древнейшие памятники армянской культуры и искусства — хачкары (высеченные в камне кресты, каждый из которых имеет свой неповторимый орнамент) используют вместо железнодорожных шпал.

Мы не видели, чтобы армяне относились враждебно к представителям любой другой национальности (хотя и в Армении осенью прошлого года произошли ответные нападения на азербайджанцев).

В этой обстановке внутреннего напряжения, морального упадка, охватившего армян, в течение всей недели на улицах и дорогах Армении мы не видели ни одного пьяного.

Но мы видели ужасающие последствия землетрясения: десятки и сотни разрушенных жилищ, город Спитак земля буквально поглотила, унеся около 50 тысяч жизней. В ближайших окрестностях та же участь постигла около полусотни больших и малых селений с различным числом жителей. Сильно пострадал Ленинакан — один из крупнейших армянских городов. Официальное число погибших при землетрясении — около 50 тысяч, однако в Армении считают, что это число, по крайней мере, в четыре раза больше.

Мы видели тысячи демонстрантов, которые с возгласами «Миацум!» (по армянски — воссоединение, имеется в виду воссоединение Армении с Карабахом), «Комитет!» (имеется в виду комитет «Карабах»), «Арцах!» (старинное название Карабаха), «Сессия!» (в конце мая должна была состояться сессия Верховного Совета Армянской ССР по вопросу Карабаха), «Сирануш, убирайся!» (не вполне лестное прозвище одного из нынешних руководителей республики), направлялись от ереванского стадиона «Раздан» через весь город к зданию ЦК КП Армении.

Мы стали очевидцами минуты молчания десятков тысяч футбольных болельщиков — в знак памяти погибших и соболезнования изувеченным под ударами заточенных саперных армейских лопаток. Во время встречи ереванского «Арарата» и тбилисского «Динамо» на зрительских трибунах были подняты сшитые вместе два флага — армянский красно-сине-оранжевый и грузинский черно-бело-красный, что стало символом дружбы двух народов. И казалось, что одновременно это было и проявлением подлинного интернационализма (а не того, абсурдно театрализованного, который культивировался долгие годы).

Мы видели студенческий митинг у Ереванского университета, во время которого студенты и преподаватели требовали освобождения членов комитета «Карабах».

Мы видели театральную площадь в центре города — излюбленное место собраний армян, которое круглосуточно охраняли солдаты внутренних войск, привезенные с Урала и переодетые в милицейскую форму.

Мы видели, как приехавшие из Нагорного Карабаха курды, стоя у Дома печати, пытались добиться опубликования справедливого требования — разрешения писать в паспорте их национальность. В настоящее время в их паспортах записано. — азербайджанец.

Мы видели митинги, на которых армянская милиция охраняла их участников от возможных акций со стороны войск.

Нам пришлось пережить ситуацию, когда люди, разуверившись в перестройке, задавали нам вопрос, от которого становилось страшно: «Скажите, пожалуйста, как идет перестройка у вас — в сейсмически устойчивом районе?».

Мы не видели ни одного экстремиста.

Мы видели душевно и физически измученный народ, который хочет жить в благополучии и мире со всеми народами планеты, но который сознательно унижают и провоцируют твердолобые политиканы, охваченные имперскими амбициями. Нет никаких сомнений в том, что столкновения в аэропорту «Звартноц», расправа с армянами в Сумгаите были тщательно запланированными и организованными акциями, с целью нагнать на людей страх. Ведь только нагнетанием страха и достижением безоговорочной покорности можно удержать власть. Это хорошо знал «отец и учитель народов». Это хорошо знают его ученики.

В Латвии существует интерфронт — искусственно созданная кучка шовинистически настроенных реакционеров и их одураченных пособников, которые, пытаясь удержать власть, большие и малые привилегии, разжигают вражду между русскими и латышами. В Армении люди, подобные им, используя национальные и религиозные различия, разжигают вражду между армянами и азербайджанцами. Отличаются одни лишь приемы. В Грузии — это заточенные армейские саперные лопатки, в Армении — ножи, топоры и кастеты, в Латвии...

Год назад, 14 июня, к памятнику Свободы в Риге кто-то из армян возложил венок с надписью на ленте, которую цитирую по памяти: «Народ, который не хочет умереть, не умрет никогда».

Мы увидели безгранично дружелюбный и гостеприимный, гордый и несгибаемый народ, который, так же, как и все народы, хочет быть на земле своих отцов свободным и независимым. Ибо свобода и независимость — основа основ жизни каждого народа.

ЗИГФРИД ДЗЕДУЛИС.