Не могу успокоиться

Материал из Karabakh War Press Archive
Перейти к: навигация, поиск
Original title: Не могу успокоиться
Author: Есаян Е.
Source: Советский Карабах № 207(2638) from 1990-10-03


Амарасский монастырь — живой свидетель IV века, первый в Арцахе очаг просвещения, один из крупных центров армянской духовной мысли. Находится он в долине Амараса, вокруг простираются тутовые и виноградные сады, овощные плантации, где колхоз села Сос олучает свыше 50 процентов своих годовых доходов.

Звон монастырских колоколов, веками воплощавший в долине долгоденствие армянского народа, в 30-х годах по известным причинам умолк. И вот 8 сентября в торжественной обстановке состоялось открытие монастыря. В тот день мы, ветераны, были приглашены на церемонию открытия, но поехать так и не смогли — в Мартуни напряженность достигла апогея. Поскольку я уроженец Соса и детские годы провел в этой своеобразной Швейцарии, решил съездить в край своего детства. Поехали я, жена и мой младший сын. Однако в тот ясный день злой рок разыграл небывалую драму. На обратном пути, не успели мы отъехать от Амараса и 500 метров, как нас остановили две машины. Из них вышли вооруженные автоматами, ножами и пистолетами люди и окружили нас. Разъяренный майор подошел ко мне и циничным тоном приказал не двигаться с места, «Но за какое наше преступление?» — очень спокойно спросил я. Поведение майора напомнило мне омерзительный образ чеxовского унтера Пришибеева. Незваный гость снял из машины трамблер, чтобы она не смогла сдвинуться с места, и вновь приказал: «Стойте здесь, пока не вернусь». Я попросил его отпустить машину, заверив, что сам подожду здесь их возвращения. Сказал, что моя жена Арфик Шахназарян ветеран партии, войны и труда, у нее больное сердце и она чувствует себя очень плохо. Но «унтер» не захотел даже слушать. Они ушли, а куда, я узнал позже. Пришибеевым наших дней оказался комендант Физулинского района Александр Алексеевич Нестеров. После разыгранной с нами драмы он со своим вооруженным отрядом окружил Амарасский монастырь, под угрозой автоматов поставил к стене единственного священника и двух работников, тщательно обыскал культовое сооружение и убедившись, что из Еревана сюда оружие не доставлено, вынужден был со своими солдатами удалиться. Все это продолжалось более двух часов. Думаю, читатели представят наше состояние. Положение жены было бедственным, моему гневу не было предела. Наконец они вернули нам трамблер и, оставив за собой клубы пыли, уехали в направлении Физули.

В ту же ночь более многочисленная вооруженная группа во главе с тем же майором Нестеровым напала на животноводческую ферму села Сос, открыла огонь, а подоспевших на помощь около 30 человек, в том числе председателя колхоза Нахшун Аванесян, начальника Мартунинской районной милиции Валерия Габриеляна, арестовали и увезли в Физули.

Сейчас, когда шоковое состояние в какой-то мере прошло, я сижу и думаю: говорят, совесть — чуткий интеллектуальный и эмоциональный камертон, определяющий нравственность личности и меру ее гражданственности. Где же совесть Нестерова?

Говорят, следственная группа прокуратуры СССР ведет расследование. Хотелось бы знать, найдет ли она в себе смелость привлечь современного Пришибеева к строжайшей ответственности?

Е. ЕСАЯН,<br\ > ветеран партии, войны и труда, персональный пенсионер