Дань памяти

Материал из Karabakh War Press Archive
Перейти к: навигация, поиск
Original title: Дань памяти
Author: Согомонян Н.
Source: Советский Карабах № 280-281(2410-2411) from 1989-12-09


Sk-19891209-280-281-b-p1.jpg

В траурном одеянии Арцах. Стоит морозный декабрьский день, приспущены государственные и национальные флаги. Степанакертцы идут на мемориальный комплекс в честь павших в Великой Отечественной войне карабахцев. Идут молча, склонив головы, с болью и гневом в душе. 7 декабря 1988 года. 11 часов 41 минута. Две трети территории Армении за несколько секунд превратились в руины, в кромешный ад, охваченный криками и стонами. Еще одна дата вошла в летопись армянского народа, еще один день общенационального траура появился в ней. Пройдут годы, возродятся, разрушенные города и села, зарубцуются раны, появятся на свет тысячи младенцев, придут новые поколения, но боль эта не забудется никогда.

У памятников жертвам землетрясения и Сумгаита стоит 70-летняя Асмик Гукасян, которая в 20-м году чудом спаслась от смерти во время шушинской резни, прошла славный боевой путь до Берлина.

Sk-19891209-280-281-b-p2.jpg

— Возможно ли столько вынести, — указывая взглядом на памятники, говорит она. — Пришла одна, просто сердце не выдерживает.

В 10 часов утра началось траурное шествие. У памятника жертвам землетрясения почетный караул несут коммунары коммунны военно-патриотического и трудового воспитания, учащиеся X «б» класса Степанакертской школы № 10. Венки к памятнику возлагают члены Национального совета Нагорного Карабаха, Комитета особого управления НКАО, работники Степанакертского горкома партии, исполкома городского Совета народных депутатов, УВД НКАО к комендатуры. Все шире становится людской поток. Под траурные мелодии идут трудовые коллектитивы города, ветераны Великой Отечественной войны, представители интеллигенции, школьники. Растет гора из живых цветов. Люди уступают дорогу старой женщине с высохшими от горя глазами. Она прижимает к груди снимок в черной рамке. Это Кнарик Геворкян. На снимке 58-летний Альберт и 50-летняя дочь Маня. 28 февраля 1988 года они бежали из Сумгаита и поселились в Спитаке. Только получили квартиру, как нагрянула беда. Оба погибли. Дети же спаслись: один ребенок находится в Армении, другой в России. В тот день у соседей была свадьба. Невесту одевали в свадебный наряд, когда здание стало трясти. Люди выбежали из дома. Невеста не успела, осталась под развалинами...

— У меня появилось два внука, хоть какое-то утешение. Я живу ими. Не стало двоих... и появились двое. Пытаюсь радоваться, но сердце не радуется. Слишком глубока рана. Хочу перенести сюда из Спитака прах дочери. Да вот блокада. Вечером ко мне зашли соседи. Принесли одежду для новорожденных мальчиков. Внимание и милосердие людей помогают мне держаться на ногах, — говорит Кнарик Геворкян.

Sk-19891209-280-281-b-p3.jpg

Прошел год со дня страшного землетрясения. Мир, словно истосковавшись по человечности, явил собой беспримерный образец милосердия и. сострадания. Доброта спасет мир, — прекрасно сказано. Та добрата, с которой отнеслись к израненной Армении Россия, Украина, Белоруссия, Грузия, прибалтийские и среднеазиатские республики. Та доброта, что стала опорой людям в их боли, помогла найти силы и встать на ноги, подобно птице Феникс восстать из пепла.

За этот год в Армении произошло много изменений. Насильно разделенные друг от друга две части армянского народа воссоединились. Осуществилась вековая мечта нашего народа. Но впереди нас ждут долгая борьба, и большие трудности. И самый верный залог нашей победы — бороться и работать. Мы всегда так лечили и сегодня должны так лечить свои раны.

...Беспредельно наше горе, бесконечен и людской поток. В траурном одеянии Арцах. До позднего вечера люди шли к памятнику, чтобы отдать дань уважения памяти погибших. До позднего вечера на армянской арцахской земле горели огоньки-свечи...

Н. СОГОМОНЯН